Speaking In Tongues
Лавка Языков

ЛЕОПОЛЬД СТАФФ

в переводах Льва Гунина

Leopold STAFF. Poezje zebrane.

Pastwowy Institut Wydawniczy. Warszawa, 1980.

Перевод © Лев Гунин, 1981

стражник

Опершись о гранит, я на море бездонное

Неусыпным гляжу несмыкаемым взором,

На суда, что кружат в нем по пены узорам,

О, неустанное бденье бессонное!

С мукой адской разомкнутый глаз напрягая,

Всю усилием волю сбираю во взгляде,

Корабли свои грузные перемещаю

Над пучиною вод, что сокрыты во мраке.

Ну, а если теперь меня дрема охватит,

Если веки опустятся тихо усталые,

Если в каменный сон свалит изнеможение --

Всю добычу мой флот тотчас даром утратит,

Корабли все потонут груженые, малые...

О, неустанное бдение вечное!

сон на крыльях ветра

Когда сон, как чайка, измучен лётом --

И бессильно снижается, гаснет кротко,

Кутаясь в прикосновений одежды,

Затворю я все окна комнаты -- вежды.

Буду пить моих роз благотворный запах,

Любимую тут, в полутьме, призывая,

И все, что мне мило, и все, что люблю я.

И пробудится все, что подспудно, магично,

Что имеет неведомой тайны обличье,

Что изменчиво так, так неуловимо,

Что, как прожитый день, уже невозвратимо.

И придет ко мне то, что при свете тает,

Разливает тоску, а небо смещает;

Руки легкие, мглистые опускает

Сна на зрачки: их явь мучит, пытает;

Все, что так странно и приглушенно,

Все, что с глазами со взглядом бездонным;

Все, что ступает так тихо-тревожно,

Палец к губам поднося осторожно.

И пробуждается все, что магично,

Что имеет неведомой тайны обличье,

Что изменчиво так и так неуловимо,

И, как прожитый день, уже невозвратимо...

правда

Я смеялся, шагая за гробом любимой,

Плакал, глядя на маски шутов балаганных,

И ребенка, что хлеб протянул мне, убил я,

А убийце помог избежать высшей кары.

Побледнев, страшной ночью задул я огарок,

Тайну жаждав узнать, что в глухой тьме роится,

А свечу ясным утром достал и зажег я,

Чтоб душе было проще себе же открыться...

Вы ж, безумным меня называя, закрыли

В хате темной, мне руки вложили в оковы...

О, зачем вы таким меня быть не пустили?

Ведь не лгал никому я из вас, что здоровый...

Как и мне, тайна жизни иное вам шепчет,

Но ведь люди всех... Мне или вам той правдивой

Сути тайна не выдаст... Почему в гнев так кличет

Вас безумье мое? Ведь здоров, ведь не крив я!..

в ночи бессонные

Ночью бессонной

Отвори души врата золотые,

Пусть в них благость войдет напором, стихией.

В ночи бессонные

Пряжу приходят прясть ощущений,

Чудо вещать -- небывалых мгновений

Тайные глуби, тайной бездонные.

Сколько ж хранят они сказочных бдений! --

Открой им душу, внимай их пенью,

Ведь жизнь коротка --

как и ночи бессонные.

В ночи бессонные

Стань в воротах души на страже,

Где мыслей рой весть о чуде расскажет

Ночью бессонной.

Ведь если вспугнут их чужие руки,

Сгинут молчащие и не вернутся:

Как весенний туман, белый, покорный...

А сколько несут волшебства откровений --

Открой им душу, внимай их пенью,

Так жизнь коротка --

как ночи бессонные.

приходит ко мне ночью

Приходит ко мне ночью, приходит, обнимает,

И так мне тихо, сладко, хоть, кто она, не знаю.

Мне шепчет о высоких, под небом, перевалах,

Где есть лишь гор вершины -- чтоб радуга держалась.

Где в скальные пустоты такая тишь нисходит,

Что слышно, как, нагретый, гранит тепло выводит.

Мне шепчет: среди диких, лесистых буреломов

Там золотой, несметный, хранимый клад закопан;

Там мертвые есть воды, затянутые ряской,

Которые о ветре забыли в дебрях чащи;

Там по ночам над темными, зыбучими трясинами

Порхает огонек, трепещущий и синенький;

В том месте, где омыто все чарами и тайной,

Душой зовет бродить в нестойком полумраке;

И шепотом своим меня усыпляет,

И так мне сладко, тихо, хоть, кто она, не знаю.

Speaking In Tongues Лавка Языков