Speaking In Tongues
Лавка Языков

Мария Яненко

Чтобы не быть вторичной...

Я хотела тебя

Я хотела тебя, как судья хочет приговорить к высшей мере,

Я хотела тебя, как Колумб хотел в Америку выбить двери.

Я хотела тебя, как Гагарин хотел из космоса вернуться,

Я хотела тебя, как Ленин хотел мировой революции.

Я хотела тебя, как с «Титаника» хотели выбраться,

Я хотела тебя, как ежик хочет побриться.

Я хотела тебя, как Путин хотел победить на выборах,

Я хотела тебя, как алкоголик хочет быть на бровях.

Я хотела тебя, как Лермонтов хотел одалиски,

Я хотела тебя, как Клинтон хотел Монику Левински.

Я хотела тебя, как Ницше хотел стать гением века,

Я хотела тебя, как Господь хотел создать человека.

Я хотела тебя, как хочет среда четверга,

Я хотела тебя, а ты меня ни хотел ни фига!

Про Путина

Пишу стихи на унитазе

Как Магомет устала ждать

Твои цветы завяли в вазе

Ах, с Путиным бы переспать!

Какое мерзкое похмелье

Война в Чечне, а мне плевать

Фантазия на грани тленья

Ах, с Путиным бы переспать!

А в новостях все та же пошлость

Приехал Клинтон, что то дать

А я не думаю о прошлом

Мне с Путиным бы переспать!

Лежу с мужчиной, обнимаю:

«Володя, милый», -- «Ты чего?

Я не Володя!» -- «Да я знаю!

Ну размечталась, что с того?»

Милый друг

Милый друг, я пишу тебе невпопад

Милый друг, я тебя не увижу больше

Я сегодня понял, что рай и ад

Постулат, придуманный нашим прошлым

Где соблазна Эдемовая змея

Укусила больно, потерян я

Милый друг, ядовитая кровь горяча

Так и хочется свиться в кольцо удавом

Задушить себя и не возвращать

Эту жизнь, где я прозябал изъяном

На картине мира дурным мазком

На лице красивом кривым виском

Милый друг, наконец мною найден выход

Я узнал, что в религии смерти нет

И из страха врожденного сделан вывод

То , чего так боялся есть ложь и бред

Но бессмертие юдоль для мудреца

Ну а я дурак, я дождусь конца

Милый друг, возможно я думал о том

Что могло б удержать от слепого шага

От эмоций и нервов сданных на слом

От пустых иллюзий на дне оврага

Только разум не даст разверзнуть смысл

И разрежет темя косая мысль

Милый друг, последнее: на окне

В твоей комнате я обронил зажигалку

Не оставь ее памятью обо мне

Не храни ее, не жалей -- не жалко

Позабудь меня в синем небе дней

Я был лишним из суеты людей

Прекрасный ужин

Три часа ночи. Я очень голодна. Дайте мне съесть кусочек жизни, и я буду вновь улыбаться!

Темный парк и никто не идет на встречу. Луна раскололась врезавшись в облака и осколки ее градом падают с неба -- люди думают это осадки. Ах, как они глупы!

Человек идет и я не знаю какого он пола. Мне безразлично. Я спрошу у него «Сколько времени? А он не узнает, что встретил свою судьбу. Зря он не чувствует страxа, и не видит, как вспыхнули мои зрачки! Как слюна готовится принять яд плоти!

Это мужчина, он даже красив. Синие синие дали глаз, спелые губы, скульптурное тело. Близко мой дом. Он покупает вино и конфеты, взглядом уже раздевает меня, и если бы я знала все его фантазии это бы лишило меня аппетита.

Он хочет любви. Как и все. Как скучны эти люди!

Мы садимся за стол. Свечи горят интимным огнем. И он сыпет банальности мне в стакан. Я пью его ограниченность. Я закусываю его примитивностью. Жаль, что он так красив. Я выброшу его пустую душу на помойку возле дома. А из его тела сделаю чучело, и всем, кто придет скажу: «Знакомьтесь это мой мужчина!»

Мы допили вино. Он гладит меня по руке и проницательно смотрит в глаза. Мысли его рисуются в воздухе: «Можно я тебя поцелую?» Что ж в последний раз. А потом он уснет. Все, что он умеет -- это целоваться. Снотворное действует. Моллюск глаз заxлопывается, скрывая жемчужину зрачка. Он исчез, оболочка еще обнимает меня, облачко дыхания шепчет о любви. Я наклоняюсь:-

«Спи, ничтожное существо! Ты не оставило следа. И никто не пожалеет о тебе, разве, что редактор плейбоя».

Агония близка. Вот -- вот наконец, я утолю голод кусочком жизни! А ты лежишь, как теплая большая пицца.

Я осчастливлю тебя. Ведь жизнь человека, всего лишь ожидание смерти.

А ты дождался...

Спасибо за прекрасный ужин!

У меня есть дом бесконечного дождя. Хрусталь окна плавит солнце. Зеленый скелет листа напоминает о бренности жизни. Я живу в доме бесконечного дождя.

В нем ни тепло, ни холодно. С потолка на темя падают капли наподобие китайской пытки и я скоро сойду с ума. Но мне больше некуда идти. Меня нигде не ждут.

У меня есть только этот дом, дом бесконечного дождя.

На стене я рисовала твой портрет, но глаза уже вытекли из орбит, а рот искривился в усмешке. Я останусь одна. Никто не захочет любить меня на кровати полной воды и засыпать, утонув во сне. Никто не зайдет в гости. Я не люблю людей, и они знают это.

Скоро я стану рыбой Моя квартира это большой аквариум. Телефон не работает, в трубке пузырьки воздуха. И я плыву тишиной.

Легкие превратились в жабры и я, наконец, смогла бросить курить. Жизнь прекрасна, как сказал Роберто Бениньи.

Меня не пугает, что смерть уже близко. Я стану белой кувшинкой в сиреневом болоте. Пиявки облепят мой стебель. Лягушки будут петь вместо соловьев. Ужи свернутся калачиком в лепестках. И станет спокойно спокойно.

Я люблю свой дом бесконечного дождя. Где хрусталь окна плавит солнце. И зеленый скелет листа напоминает о бренности жизни...

СПИД

Если я вдруг заболею СПИДом

Во мне умрет мораль и чувство долга

Никто не узнает ни под каким видом

Что жить мне осталось очень недолго.

Я никому не скажу ни слова

Только улыбка будет немного странной

Как будто выплавлена из олова

Красной открытой зияющей раной.

Я для начала выпью по этому поводу

Много друзей соберу, что мне завидуют

И непонятно цинично устрою проводы

Где каждый найдет для себя какую-то выгоду

Я поцелую врагов, словно своих друзей

Сегодня прощаю всем любые грехи

Не отомщу, пойду искать новых людей

Теx, что не читали даже мои стихи.

Вечер субботний зовет пустыми соблазнами

Красные в клубе ночном зажгут фонари

Хочешь любви, способы очень разные

Ты приходи одна, просто кури и жди.

Знаю я метод себя излечить от депрессии

Высосать силы из человека другого

Я попыталась, да безупречно действует

Чувствуешь кровь начинает заигрывать снова.

Вижу стоит одиноко мой образ мечты

Изумруды глаза в черной оправе стрел

Станет он жертвой, разведены мосты

Дальше дороги нет -- это уже предел.

Я так красива, толстые слои крема

Скроют от вас смертельную бледность лица

Я тороплюсь, главный палач -- это время

Надо успеть, пока не дошла до конца.

Вот моя цель -- цвета «подснежник» подушка

Падает с плеч простыня, я ласкаю мечту

Я задыхаюсь от страсти, Боже, как душно!

Свет фосфорических глаз осветит темноту.

Он изможденный так нежно меня обнимает

Двадцать ему, только двадцать -- уже навсегда!

Медленно юное тело собой заполняет

Мертвого черного СПИДа гнилая вода.

Я сумасшедшая, пустъ, только мне не понятно

Кто и зачем бросил жребий плюя на меня?

Кто произнес мое имя громко и внятно

Чтоб из толпы без ошибки лишить бытия?

Да это месть, меня больше совесть не гложет

Сколько осталось -- день или два или час?

Где же Господь, почему же он вам не поможет

Или ему на сегодня пока не до вас

Пусть я умру, стольких возьму за собою

Мучает боль, что вы знали о боли моей

Смерть за любовь, вот наказанье судьбою

За мою душу никто не задует свечей.

*** * ***

Алмазные двери открыты в рай

Секунда и я засмеюсь от радости

Сегодня последняя ночь, выбирай

Исчезнуть от горечи или от сладости.

И в шприце белеет мутный коктейль

Звезда моя морфий, погаси и, убей!

Я медсестра и мне двадцать лет

Я не хочу говорить о работе

Желтая кожа, ржавый скелет

Все, что я вижу на обороте

Яркой картинки жизни моей

Все умирают, всех пожалей!

Ваши глаза две гнилые улитки

Вы растворяетесь в грязной болезни

Я допущу небольшие ошибки

Чтобы из дома улитки полезли

Разве вы вправе меня обвинять?

Я помогаю легко умирать.

Вы меня любите, как благородно!

Чувству любви я всегда покоряюсь

Будет не страшно, даже не больно

Милой улыбкой я улыбаюсь

Я убиваю не из сожаленья

Я убиваю от отвращенья!

Дряблое тело, гнойные губы

Просят воды и трясутся в ознобе

Здесь остановка, кончились судьбы

Надо отдать благодарность природе

Что подарила вам метастазы

Лучше уйти, сегодня и сразу.

Я прочитаю дневник человека

Лишнего на отрешенной земле

Вы -- безысxодность, только помеха

В праздничной жизни дерьмо на столе

Радуйся Кафка, раздавлен твой жук

И с облегченьем вздохнули вокруг.

В черном халате добрая фея

Я Новый год вместе с вами встречаю

Кто-то из вас меня просит: «Скорее!»

Я не жестока, я все понимаю.

Помню когда-то, очень давно

Мама от рака моя умерла

Только скажу вам еще одно

Я не убила ее, я ждала...

Полнолуние

Боль. Полнолуние. Мне бы не сдаться

Жертвой не стать, потеряв оболочку

Разум еще заставляет остаться

Взгляд направляя в небесную точку

Кто-то мое легковесное тело

Вверх поднимает светилу навстречу

Хочется вырваться -- все онемело

В стеклах окна растворяется вечность

В бездну безумие ласково манит

Вижу дорогу в свеченье луны

Мозг воспаленный бредом дурманит

Мама зовет меня с той стороны

-- Шаг, только шаг, -- ее слышится шепот

-- Сделай, и в детство вернешься опять

Мысли окрасились в черную копоть

-- Мамочка, я не хочу умирать!

Скользкий, размытый дождем подоконник

Словно животное дернулся нервно

Вот и рассвет, как оживший покойник

Спрятав луну, улыбнулся надменно

Чтобы не быть вторичной

До боли от отчаянья

Признаю себя публично

Что далеко, как до звезд

Мне до Бродского

Не проползти борозд Маяковского

На сломать оборону блокаду Блока

Не оборвать объема слога

Не расстрелять обойму в черта крылатого

Не проплыть пойму реки Ахматова

Ночи пишу, глаз не смыкая. Светало

Облако музы таяло, смыло, отстало

На искривленной спине крест «Не святая»

На истребленном листе Цветаева

Рву не чужие стихи --- свои

Сваи обрушились на чистоту стихий

Дрожь по земле, покоробил строчкою слух

Хватит не больно отрывать по кускам Дух

И из последних сил агонизируя

Я проследила стиль -- не позируя

Ты прости

Ты прости, я когда-нибудь стану другой

Ты прости, я не знала, что режется вдоль

Что прощальные мысли не чертят в словах

Что за гранью не рай, а панический страх

Искуситель все время стоит за спиной

Согревает затылок дыхания зной

Его ласковых губ и он шепчет: «Давай!»

И из мраморной ванной вода через край

Я хочу оглянуться, запомнить лицо

Только тело, как пуля залито свинцом

В облегающем платье из красных полос

Оно больше не ищет ответ на вопрос

Ты прости, я когда-нибудь стану другой

Ты прости, я не знала, что режется вдоль.

*** * ***

Я мучительно больно любила тебя

И глаза твои цвета стального дождя.

Да я знаю ты умер, растаял, сгорел

Ты лежишь познавая Вселенский предел.

Раскопаю могилу, твоя красота

Превратилась в гниющий стебель листа.

Поцелую провал, называемый ртом

На губах перегной. В горле сдавленный ком.

И глазницы рисунок озоновых дыр

А когда-то мечтал, а когда-то любил...

*** * ***

Греюсь в теплой прозрачной воде

И жасмин перламутровой пены

Расцветая, напомнит мне где

Я любовью раскрасила вены

Искушение так велико

Повторить то, что было когда-то

Улыбнутъся прощально легко

Не судить и не быть виноватой

Ангел в белом халате с крестом

Нервно выкрикнет: «Нет, не успеем!»

И браслет, растекаясь бинтом

Станет красным, родившийся белым

А соседка посмотрит в окно

Прошипит: «Так ей, глупой, и надо!»

А апрель, опускаясь на дно

Назовет землю грешную адом

Вздрогнув, как от кошмарного сна

От навязчивой мысленной сцены

Поняла я, что эта весна

Многим в сумерках выкрасит вены

*** * ***

Мое сердце висит на стене, как мишень

Чтобы каждый, желая развлечься

Мог попасть в его алозовущую цель

Превратить символ страсти в увечье

Я сорву пораженный лоскут со стены

В нервном тике агония бьется

Звуки тише и вот мои дни сочтены

Нитъ последней реальности рвется

Я разрежу свою помертвевшую плоть

Как рубин в дорогую оправу

Ляжет сердце туда, где придумал Господь

А потом искалечил по праву

И с застывшим лицом отраженного зла

Подчиняясь божественной воле

Закрывая уже не живые глаза

Упаду, спотыкаясь от боли

Ревнивая ночь

Мне набросило темное время на шею петлю

И томительным множеством рук, голограммою Шивы

Осторожная ночь, завернув мою плоть в простыню

Торопливым движением спрячет улики наживы

Я как жертва злодейства очнусь у алмазных ворот

Губы ангела сложатся в цепь вопросительной лентой

Я отвечу ему, что меня дожидался восход

Но ревнивая ночь не простила измены нелепой

В ослепительном сне в искривленной фигуре окна

Отраженная ночь, чуть прикрыта личиною смерти

Своей лунной улыбкой, как будто душевно больна

Озарит небосвод. Не разбудят меня на рассвете

Время встало, минутами брошено

Свою память сегодня сотру

Я бы сделала столько хорошего

Если б знала, что не умру

Еще раз последний храни меня Бог

Рассветным лучом согревая

И я подведу этой жизни итог

Безгрешный с напутствием рая

Запри меня в доме, в котором замки

Никто отворить не сумеет

Манящие негой движенья руки

Тогда соблазнить не посмеют

И окна, где бьется оранжевый свет

Железным зашторь покрывалом

И я как монахиня вспомнив обет

Заплачу, довольствуясь малым

Запри навсегда в одинокой тюрьме

Господь, чтобы не было больно

Желание страсти угаснет во мне

Не надо свободы, довольно!

Памяти Врубеля

Он говорил: «Я покажу тебе цвета.

Прыжок до неба, шаг до горизонта

Я сделаю, ведь истина проста

Картина удивленных глаз Христа

И жизнь, как эпизод для натюрморта.

Сегодня я нашел дорогу в миг

В котором прошлое мое остановилось

Где краски дерзкие изранят нежный лик

Я для тебя никто, уже старик

Ты на холсте Мадонной воплотилась».

Она просила у друзей совет:

«Он болен, от творения исходит

Тоска, где заштрихованный предмет

Теряет суть свою и силуэт

И медленно к безумию приводит».

Открылась выставка, с волнением в крови

Он ждет признания, вернее приговора

Рисунок Демона, который сотворил

Под музыку из лермонтовских лир

Оплеван без сомнения и спора:

«Юпитер декадентства, вот ты кто

И твой поступок будет наказуем», --

Всеобщее поставлено клеймо

Решение мгновенное пришло

«Он страшен, он опасен, он безумен»

Возникли санитары, повязав

Его отправили в далекую столицу

Где он листы, как душу изорвав

Пытался опровергнуть, тех, кто прав

Как может быть для смерти прав убийца

Он ей писал: « В краю, где без тебя

Утрачен смысл и радуга померкла

Где из семи цветов, осколков дня

Останется блик черного огня

Истлеют краски судорогой пепла»

Он вышел через год и высший свет

Стал чествовать его внезапной славой

Но он рисует Демона портрет

Поверженного, сумрачный сюжет

Судьба ответила ему небесной карой

Он вдруг ослеп, зрачки, как гладь озер

Луч солнца отражают не мигая

Его талант украл безбожный вор

И карандаш с бумагой, как укор

И надпись: «Не живу. Не умираю».

Зима, мороз. В больнице у окна

Он простоял всю ночь рисуя образ

Он понял, что картина та одна

Последняя, как тонкая струна

Порвется , не издав прощальный возглас

И лежа на постели он в бреду

Шептал: «Я сотворил картину жизни

Я видел ту погасшую звезду

Поверженного демона в аду

Где он воскресший был однажды признан»...

Возможности

Ни к чему теперь удивляться мне

Свое прошлое вытошнить будет трудно

И немного правды в чужом вранье

Это голос хриплый в усталых буднях

Мы остались как рыбы в одной чешуе

Нам бы только молчать, мы кричим прилюдно

И немного солнца в холодном окне

Это ты за лицом уснувшего утра

Как подарок сна твое имя мне

Отрицает шанс выживать абсурдно

Каждый день я травлюсь прозрачной водой

Мои мысли узоры калейдоскопа

Только рисунок картонки той

Не вписался в рамки, как из окопа

Голову кто-то кривой рукой

Вырезал, ровными стали тропы

Я иду по метро, опустив глаза

Чтобы презрения не было видно

Я боюсь услышать голос из-за

Спины. Покраснеть и мне будет стыдно

Стыдно в толпе всеобщего зла

Выделяться тем, что душе обидно

Все-таки здесь не найти виновных

Я, лишенная с детства привычных благ

Разрушила все на дороге новых

Возможностей, вывесив белый флаг

И -- оскалив зубы неудача снова

Въедается в легкие, словно рак

*** * ***

Беспечность -- попытка сойти с ума

Странное солнце играет в прятки

Желание как-то себя сломать

Цели позорны, мысли невнятны

Где-то во мне лакирован смех

Скрежет его раздражает людей

Буду сегодня смешнее всех

В жалкой попытке остаться здесь

Нервы пускаю по кругу. Боль

Море пустой мечты мазохиста

Стану последней всегда с тобой

Ты заменяешь самоубийство

*** * ***

Падаль лежащая распластавшись на кровати

Гниющий труп с флюидами страха

Фрагменты тела, выпирающие из платья

Это я компонент бардака и праха

Ферменты ярко выраженной прострации

Полное отупение последних извилин

Солнечное сплетение вызывает цепную реакцию

Выблевать все, что создано в этом мире

Фекалии разрозненных впечатлений

Оставляют кровавый след пятерни ногтей

Я поняла, что тот, кто сделал, чтобы было больнее

Любимый сидящий на груде моих костей

Уснувший Бог

О чем мне поют серебристые птицы?

Что поздно искать мне у Бога совета

Что жизнь, как иллюзия в прах обратится

Что небо на солнце поставит запреты

Мой Бог так устал, почему вы шумите?

Он долго не спал -- вы ему не даете

Вы просите денег, ума попросите!

Он ждет одного, когда все вы умрете

На серой перине из тучи дождливой

Бог выключит солнце, уснет навсегда

И спустится дьявол безумно счастливый

И в мире опять воцарит темнота

Он жизнь заморозит, поставит пластинку

Где траурный марш сердце пулей разбудит

Он плюнет на старую чью-то могилку

И он никого не простит, не полюбит

Пошлет он чуму на кровавую землю

Устроит войну -- человек озвереет

И хладные трупы проложат аллею

И там где пройдет он, земля затвердеет

Прошу вас, умерьте свой пыл христианский

Вот времени только осталось не много

Бог плачет, ревет водопад Ниагарский

Оставьте в покое уснувшего Бога!

Дождь

Он думал, что был очень счастлив вчера

Он даже для счастья был слишком хорош

Он помнил, она боится дождя

Он ждал одного, когда кончится дождь

А дождь все стучал по нервам свинцом

И кажется солнце остыло давно

Смотрел он на мир постаревшим лицом

И вдруг осознал, что не знал ничего

Последним ничто он стоял у окна

Последним из стаи инстинктов и чувств

Последним из тех, кто не мог ни черта

Последним, кто пробовал время на вкус

Не пойман, не понят нигде никогда

Он даже для смерти был слишком хорош

Он понял она не боится дождя

Она не придет, когда кончится дождь

Посвящение любимому и его домашнему животному

Я знаю, что мы никогда не расстанемся

Я могила, а ты оскверненный гроб

Даже если кладбище с землею сравняется

Что здесь было убийство каждый поймет

Мы жили в квартире полной насекомых

На иконах святые закрывали глаза

От отвращения в кожных покровах

По которым какая-то тварь проползла

Ты завел животное странной породы

Для меня это был таракан-мутант

Извращение бреда, издевка природы

И ночного кошмара полный гарант

Я смотреть на него не могла, я боялась

Омерзение все же затмило мой страх

Я в истерике билась, молилась, смеялась

Я тебя умоляла, рыдая впотьмах

Милый, милый, избавься от этого ада

Я прошу ради нашей вселенской любви

Мне вообще ничего больше в жизни не надо

А не то я покончу с собой, селяви

Ты ответил: «Ну, если меня ты так любишь

То должна полюбить и мое существо»

«Ну, а если уйду, ты меня не осудишь?» --

Я поставила выбор, ты выбрал его.

Я курила все время, чтоб запахи гнили

Этой твари хотя бы на миг заглушить

Я теперь не спала -- меня слезы душили

Я пила алкоголь, лишь бы только забыть

Эти звуки, которые тварь издавала

Выгрызали мозги, начиная с ушей

Его шерсть полинявшая к телу пристала

И чесали шерстинки, как скопище вшей

Я ушла от тебя, я пыталась отречься

Гемодез пофигизма вливала я в кровь

Свою прошлую жизнь расстреляла картечью

Из озлобленных мыслей, пропала любовь

Но осталась зависимость худшая кара

С героина б наверно я слезла быстрей

Чем рассталась с тобой и как у наркомана

Мои ломки пугали накалом страстей

Я вернулась, тебя еще не было дома

А животное слюни по полу везло

Я подсыпала яда в миску для корма

И в экстазе смотрела, как сдохло оно.

Поэма
К чему приводит Ницше

День первый. В нем темно и сыро

Почти зима. Подавлен снег

И живописная картина

Наркотик, Ницше, лунный свет

Ах, нет, ошиблась -- это позже

Сначала только был поэт

Не эпатажный, а попроще

Лицо девичье. Двадцать лет

Другой герой красив до грусти

И до кусания локтей

Его мы принципы опустим

О гениальности своей

Он был умен, никто не спорил

Он даже слишком много знал

И заблудившись в лексиконе

Простых вещей не понимал

Она не в облаках витала

А в темных тучах грозовых

Ее депрессия ломала

Пятном на фоне остальных

Во всем, о чем она мечтала

Семья, ребенок, муж и дом

Она искала идеала

Но не нашла его ни в чем

И так разбившись о потери

Разочарованна во всех

Декабрьским вечером у двери

Его увидела на грех

Он был серьезен хладнокровен

Без интереса, не спеша

Ее лишь взглядом удостоив

Достал ключи от гаража

Сначала ехали молчали

Но как-то вдруг само собой

Разговорились и узнали

Что были родственны душой

Друг друга слушая с восторгом

Соприкасаясь светом глаз

Кто знал, что встреча будет роком?

Так незаметно день угас.

Сияли фонари от счастья

Слегка припудрены снежком

Любовь опять стремилась к власти

Палач готовил свой топор

«Ты приходи. Квартиру знаешь.

Придешь?» «Приду» «Ну, мне пора»

И ты, наивная, растаешь

От лицемерия «добра»

Еще совсем не сознавая

Как тянет вниз болото чувств

Уже заранее страдая

В любви важнейшей из искусств

Прошел лишь день Туман метели

Укрыл весь город с головой

Она зашла к нему поверив

В его слова, что он герой

Она так долго собиралась

От зеркала не отходя

Себе красивой не казалась

Его почти уже любя

Рукой дрожащей позвонила

Открыл отец: «Артем ушел.

А кто же вы?» «А я Мария,

Вы передайте, хорошо?»

«Вы подождите, он вернется

Минут наверно через пять»

А что же делать остается

Она всю жизнь готова ждать

Как холодно. Скрипит скамейка

И плеер плачется в ушах

Уйди, пока в судьбе лазейка

Она сидит, как на гвоздях

Вот он идет и сигарета

Лягушкой прыгает в ладонь

Он удивлен и ждет ответа

«Я жду тебя»,-- плохая роль

Он все же рад. Пока не надо

Всему значенье придавать

Она еще не виновата

А он не вправе наказать

На грязной лестнице в окурках

Они открыли чудный мир

Где совершаются поступки

Где каждый каждому кумир

Зима ведь только начиналась

А венах новая мечта

И дружба светлая умчалась

В другое русло навсегда

Рассвет тогда лишь зарождался

Когда зазвонит телефон

И слух отчаянно боялся

Опять звонок, а вдруг не он?

Настал обычный день, как праздник

Ее он в гости пригласил

Художник жизни взял свой ластик

И стер обыденность с картин

Сок апельсина. Бутерброды

Вращалось кресло, как земля

Казались прожитые годы

Ступенями к Парнасу дня

Ее он с мамой познакомил

Улыбка та же и глаза

Но ничего тот жест не стоил

И мама так и поняла

Ну, а она уже считала

Его своим и навсегда

Как часто ставим мы капканы

Ни на того и не туда

В тот вечер вписанный вначале

Наркотик, Ницше, лунный свет

Ноздрями кокаин вдыхали

Стелился ночи черный плед

Высокопарно и печально

Им Ницше фразы излагал

Он был их общий ангел тайны

И только он все понимал

И так красиво, беззаботно

Артем был только увлечен

Как счастье было мимолетно

Как сладок миг, когда влюблен

Кино в них было общей страстью

Он режиссером мнил себя

Она товарищ по несчастью

Актриса и его раба

Они почти не разлучались

Лишь ночь теряла свой покой

Когда губами прикасаясь

Сливались телом и душой

И наступил тот самый главный

И долгожданный Новый год

В костюме и немного пьяный

Ее к себе он в гости ждет

Она нарядная, как елка

И с мишурою в волосах

Его любила, он нисколько

Кончалось время на часах

Любви последние минуты

Пробьют куранты. Новый год --

Его и не было как будто

А в месте с ним любовь уйдет

В одной постели просыпаясь

Он вдруг сказал: «Тебя люблю»

Она сначала рассмеялась

Не понимая почему

Потом поверила так сильно

Он тот, кого всю жизнь ждала

Он тот единственный мужчина

Кому все сердце отдала

И все казалось, шло как прежде

Они общались каждый день

Он относился к ней небрежно

И с нею не делил постель

Он вел себя так равнодушно

Он так цинично лгал в глаза

Она была его игрушкой

И просыпалась вся в слезах

Ты не мечтай, не прогадаешь

Он даже секса не хотел

«Я выше этого, ты знаешь»

И это был уже предел

Он заявил, что гениален

Она его не поняла

Он сообщил, что мир банален

Она теперь уже пила

Все перепуталось однажды

Она спилась вплетая бред

Что в жизни все уже не важно

Что смысл ее погасший свет

Что все мы родились для смерти

Что мира катится кольцо

Туда, где умер даже ветер

И где упадок налицо

А он смеялся, как забавно

На деградацию смотреть

Эксперимент прошел спонтанно

А результаты все же есть

«Ты стимул к творчеству», -- сказал он

«Теперь сценарий напишу

Кино сниму и сразу стану

Тарковским, только наяву»

Она послушно соглашалась

И ночи в клубе проводя

Кому-то утром отдавалась

Его по-прежнему любя

И двадцать первого под вечер .

Устав от пьяной суеты

Он сообщил: «Не надо встречи

Мне не нужна такая ты»

Вот так закончился печально

Недолговечный тот роман

Она живет с другим недавно

И так же пьет по вечерам.

Гибель подводной лодки

Темное небо сливается с морем

Волны на гребне надежду качают

Мы не утонем! Нет, не утонем!

Слышится эхо надрывное чаек

Солнце погасло. Тьма поглотила

Сузился мир до размеров отсека

Время еще один час подарило

Час ожидания. Жизнь человека.

СОС! Сколько дней мы мечтаем о чуде

СОС! Режет легкие газ углекислый

СОС! Помогите вершители судеб

СОС! Передача последняя мысли.

На берегу в кабинете из кожи

Хмурый чиновник медленна пишет

Что обстановка становится сложной

Мы выполняем, приказано свыше

Группы спасателей взялись за дело

Скоро, надеюсь, дадут результаты

Лодку спасем, заявляю вам смело

Скоро на сушу вернутся ребята

В маленьком доме с тусклой лампадкой

Плакала мама от боли сердечной

Мама матроса, мама солдата

Улица слез называлась Заречной

Сто восемнадцать жизней и судеб

Сто восемнадцать ждать не устали

Сто восемнадцать никто не забудет

Сто восемнадцать героями стали

Ночь. Темнота. И вода прибывает

Страх исказил изможденные лица

Их не стихия -- страна убивает

Кто им поможет? Власть у убийцы

Новости круглые сутки вещают

Англия нам предложила подмогу

Вытащим сами, ей отвечают

Времени только дайте немного

Кончилось время Мы не успели.

В траурной рамке небо заката

Мы бы спасли, если бы захотели

Только вы нас не поймете, ребята

ТишеI Прислушайтесь! Ропот народа

Может быть, кто-то очнется от фальши

Праведный гнев, отпустив на свободу

Чтобы не жить безнаказанно дальше

Нет, все спокойно Стадное чувство

Нас словно скот разведет по загонам

Кто понимает, тот и сочувствует

Людям, стране и не снятым погонам

Море свечей и огарки, как лодки

Также на дно опускаются воска

Матери-вдовы, дети сиротки

Все что осталось: тельняшка, матроска

Вдруг кто-то крикнул: «Суки постылые!

Мы вам не верим! Тела покажите!»

Вы нас простите, мальчики милые

Вы нас простите Только простите.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Мария Яненко

Чтобы не быть вторичной...

Я хотела тебя

Про Путина

Милый друг

Прекрасный ужин

СПИД

* * *

Полнолуние

Чтобы не быть вторичной

Ты прости

* * *

* * *

* * *

Ревнивая ночь

Памяти Врубеля

Возможности

* * *

* * *

Уснувший Бог

Дождь

Посвящение любимому и его домашнему животному

Поэма К чему приводит Ницше

Гибель подводной лодки

Speaking In Tongues
Лавка Языков

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

Поэма
К чему приводит Ницше