Speaking In Tongues
Лавка Языков

Елена Азизян

80-ВИСОКОСНО-ОЛИМПИЙСКИЙ

(август 1980 г. Онкологический центр)

Монолог амазонки ХХ века
(после операции по поводу рака молочной железы)

Прощай! Твоя рука на моей груди, прощай!

И нежность кожи ее, льнущей к грубым рукам твоим

Прощай!

Прощай, цветенье сосков моих, расцветающих под твоими губами.

Прощай!

И как далекое воспоминанье,

Ток молока горячий,

Млечный путь моей нежности,

Тоже прощай!

*** * ***

Что поделаешь, память проклятая

О тебе не стирается.

И пронзительность первых объятий

Не забывается.

О, этих первых прикосновений

Остановившееся мгновенье!

Нежность и бережность твоих рук,

Словно вокруг солнечный луг,

Ласковое касанье волны,

Благоуханье ранней весны

И аромат пряных гвоздик,

И твой напряженно-безумный лик...

*** * ***

Мне от тебя ничего не надо.

Знаешь, ночи мои тихи.

Видеть тебя во сне мне отрада,

Как постоять у цветущего сада,

Или предлог написать стихи.

*** * ***

Если можешь, убей память

И живи одним настоящим...

Только гвозди возьми потолще,

Молоток и дощатый ящик.

Крепко ящик закрой крышкой

И забей большими гвоздями.

Не забудь сжечь свою память,

Похорони ее на погосте.

Только в землю зарой поглубже

А то будет страшно стучаться

И проситься к тебе обратно

Твоя сожженная память,

Забитая в крепкий ящик,

Зарытая в землю глубоко.

*** * ***

Город совсем на порт сегодня похож.

Небо, как море, дома, словно корабли.

Из темных глубин восточных на алый запад

Медленно вместе с землею плывут дома,

Дома-корабли в гроздьях огней-бриллиантов.

Вот, направляясь к закату, плывет огромный

Дом-теплоход, словно чудесный остров,

Розово-алый, смеющийся и поющий.

И ясно вижу его и ясно слышу

Пение, смех, звуки оркестра — там танцы...

Наш же темный линкор, раковый корпус,

Остался в темных глубинах восточного неба.

Здесь очень плохо сегодня Морисе. Быть может,

Этот волшебный закат для нее последний.

*** * ***

Мне жизнь сегодня приснилась,

Вернее, ее кусочек

С воробьиный клювик-носочек,

С капустным запахом вкусным,

С заботами по доставке

Различных продуктов питанья,

С «проблемами» воспитанья...

И сон был такой домашний,

Что, даже продрав глаза,

Я продолжала отважно

«Пилить» своего сыночка...

Не сразу меня обступила

Страшная, фантастическая,

Словно по сердцу лезвием,

Клиника онкологическая...

*** * ***

Уметь приспособиться к времени —

Весьма ординарный дар.

И горя нет пескариному племени,

Когда полыхает пожар.

Были у нас большие возможности:

Талант, обаянье и смелость,

Что же касается осторожности,

Этого — не имелось.

(1981 г.)

*** * ***

Помнишь, весною как прибывала вода?

Счастье сверкало радугой после дождя.

Нервы, как электрические провода.

Синею птицей сердце зажато в руке.

Ох! До чего ж по весне разбушевалась вода!

Стройным потоком пары текут к реке.

В этом потоке и мы, молодые, с тобой,

Правда, мне кажется, что это был кто-то другой...

Так это было и будет всегда:

Потом убывает вода,

Потом сокращаются дни,

Потом остаются одни...

(Январь 1981 г. Онкологический центр)

*** * ***

И опять это все повторится:

Весенний разлив воды,

Весенние синие птицы,

Не знающая беды

Юность, нежность, смелость...

И пусть теперь уже не со мной

Повторяется это чудо,

Но тенью травинки, росинкой, звездой

Я в нем присутствовать буду.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Елена Азизян

80-ВИСОКОСНО-ОЛИМПИЙСКИЙ

(август 1980 г. Онкологический центр)

Монолог амазонки ХХ века (после операции по поводу рака молочной железы)

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

* * *

Speaking In Tongues
Лавка Языков

Монолог амазонки ХХ века
(после операции по поводу рака молочной железы)

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***