Speaking In Tongues
Лавка Языков

Андрей Боронихин

Ленин и зайцы

Ну, да я историю обещала.

Так вот. По ходу своей революционной деятельности надо было мужу моему, Владимиру Ильичу (Ульянову) Ленину, в ссылку съездить в одноименное село Шушенское. «Ну, надо -- так надо». Он, муж мой, Владимир Ильич (Ульянов) Ленин, мужчина видный, солидный. Скажет, ножкой притопнет для краткости и в путь.

А наше дело какое? Правильно. Невестино. Сиди и слушайся. Иногда, правда, требовалось переспрашивать. (Муж мой, Владимир Ильич (Ульянов) Ленин ужасно умный был, наблюдательный, не любил, когда сплошь кивают). Я покиваю, покиваю, а когда времени достаточно пройдет, переспрашиваю: «Как ты сказал, Володенька, Пушинское?» А он так и взвился весь, покраснел, ручками машет, щечки раздувает. (Щечки у мужа моего Владимира Ильича (Ульянова) Ленина пухленькие и розовые были). «Как вы, -- говорит, Надежда Константиновна, дорогу ко мне в ссылку найдете, если вы даже и географии не знаете?» Здесь я захотела блеснуть Фонвизиным, но не стала. А дорогу я потом нашла. Поезда, при царе-батюшке, царствие ему небесное, ходили в правильных направлениях.

Приезжаю в Шушенское, а там СИФИЛИС! Батюшки святы. Что делать, что делать? (Муж мой, Владимир Ильич Ленин, страшно любил книжку одноименного автора.) Но книжкой то, знамо дело, в таких интимных делах никак не поможешь. Необходимы медицина и просвещение! Ну, поженились мы, в общем, там же в Шушенском. И стал муж мой, Владимир Ильич (Ульянов) Ленин на охоту ходить. А стрелял он шибко. Как ни стрельнет попал. Аж жутко! Хорошо стрелял и плавал хорошо.

Я ему, бывало, кричу: «Муж мой, Владимир Ильич (Ульянов) Ленин, милай ты мой, единственный, смотри за буйки не заплывай!» А он мне со средины Енисея-реки кричит-отвечает: «Я, мать, неоднократно Волгу переплывал, туда -- сюда, туда -- сюда, туда -- сюда!!!» В общем, поженились. Ну, поженились и поженились. А кругом сифилис бушует. Что делать? (Муж мой, Владимир Ильич Ленин, страшно лю-бил......) Ну и стал В. И. Ленин на охоту ходить. Но переплывать Енисей он в этот раз не стал. Бо сделалось наводнение. От разлива реки. И хоть, плавал муж мой очень хорошо, а в этот раз не стал плавать, взял лодку. Кинул ружьишко, две пары бельишка, покушать там и закусить немного, сапожки салом мазанные надел, кепочку по носу выровнял -- и в лодку. А тут и мужики темные набежали и толкают лодку с мужем моим Владимиром Ильичом (Ульяновым) Лениным в Енисей. Они его толкают, а он им говорит, хорошо, мол, толкаете. Молодцы! (Кроме детей, мой муж, Владимир Ильич Ленин, также известный как Ульянов-Ленин, еще любил пролетариат и организованное крестьянство.) А мужики ему в ответ:

-- Рады стараться, Ваше высокоблагородиЈ.

ТЕМНЫЕ!!!

Он им, а, чего, мол, вы такие темные?

А они:

-- Не могем знать.

А он им:

-- Ну, во-первых -- «не могем», а «можем», а во-вторых... -- А во-вторых, его уже далеко течением отнесло. О чем говорит, не слышно с берега.

Ну, плывет означенный мною выше муж, плывет и природой любуется. Вокруг стихия бушует, как революция. Он мне часто говорил:

-- Буря, пусть скорее грянет буря!

Наводнение -- это не буря, конечно, но зрелище примечательное. Плывет, глядит. И видит: островок виднеется. Видимо, бугорок был ранее, или какая другая возвышенность местности, а теперича -- островок стал. Все вокруг затопило. Островок и получился. Понятно излагаю? Доходчиво? А на островке чегой-то белеется. И думает В. И. Ленин думу: «А чегой-то, дорогие товарищи, могет белеться на островке таком малокрохотном. Может, прокламации, какие меньшевик Мартов, в девичестве запамятовала фамилию, повсюду с аэропланов скидывает? И если это так, то надо бы эти прокламации сжечь, не читая даже.» Так думает В. И. Ленин, а одной рукой гребет к острову, а другой по карманам ищется -- спички щупает. А откуда у Ленина спички? Муж мой, Владимир Ильич (Ульянов) Ленин не курил ни разу. Частенько говорил мне в приливе нежности:

-- Надежда Константиновна, вот мировую революцию сделаем, тогда я и курну. Ужо!

Плывет, плывет к острову, спичек все нет и нет, а он видит, что не прокламации там белеются, а зайцы. Видимо-невидимо! Вероятно, когда большая вода случилась, твари эти, глупые, спасаться кинулись. Забрались на бугорок, ждут. А вода все прибывает и прибывает. Они друг к другу жмутся, ушами поводят, трясутся. А вода все прибывает и прибывает. Неминуемо!

Посмотрел мой муж, Володенька, на сию картину и расцвел душой. «Во, -- думает, -- сколько зайцев!» Подплыл совсем близко к островку, а они, твари глупые, сами в лодку прыгают. А он их по башкам прикладом. Прикладом по башкам. Для верности. Ни один не ушел. Некоторые уплывать от него пробовали -- не уплыли.

Много, много зайцев тогда насобирал. Целую лодку. И патронов сэкономил множество. Вот какой был у меня муж Владимир Ильич (Ульянов) Ленин экономный и запасливый!

А Сталина Иосифа Виссарионыча я не любила. Мы с ним разошлись по вопросам языкознания.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Андрей Боронихин

Ленин и зайцы

Speaking In Tongues
Лавка Языков