Speaking In Tongues
Лавка Языков

Юинг Кэмпбелл:
«Мне не нужна всеобщая любовь...»

Интервью Юлиане Павлюшиной

Он считает себя «незначительным писателем». Значительный -- это тот, у кого есть потребительская корзина значительного: коммерческий успех, признание и командное положение. Затертые книги которого изучают в обязательном порядке чистые студенточки. Он не хочет быть значительным. Он хочет написать книгу, без которой литература до сих пор обходилась, но с появлением которой обойтись уже не сможет...

-- Мой отец -- практически неграмотный человек. Во время моего зачатия он работал на нефтяной разработке. Я его не помню. До того, как ко мне пришло сознание, он уже покинул семью.

...Техасский город Корпус-Кристи холмами и морем местами похож на Ниццу, а местами -- на Владивосток. Здесь прошло детство Юинга Кэмпбелла. Он жил с мамой. Та работала на нефтеперегонном заводе. Заниматься воспитанием парня было некому, и он, не боясь ничего и никого, шатался по улицам своего маленького провинциального городка. И, видимо, это было здорово. По крайней мере в его ранних романах всегда есть похожее место, которое находится на краю земли, вдали от остального мира. Есть люди этого мира, живущие другой жизнью. Не так, как везде.

-- Уроки взрослости, но не зрелости, я получил еще в раннем возрасте. Пользы от них мне было немного. Я слишком рано научился преследовать цели желаний, страстей и сексуальности. Я рос, желая стать крутым парнем. Как в ганстерских фильмах. Ввязывался в драки. Все свободное время и силы тратил на спортивные команды. В классе был в какой-то степени изгоем.

...После школы колледж ему даже не светил. Поэтому Юинг незамедлительно оказался в армии. Два года в воздушно-десантных войсках на Окинаве. Вернулся домой и нашел не менее милую работу -- докером в порту.

-- Наверное, впервые в жизни я подумал, что нужно что-то делать, когда однажды утром получил письмо. Это было время второго берлинского и кубинского кризисов. Активизация войск. Кеннеди -- президент Америки. Меня эти все вопросы мало волновали, но пришло письмо, и я загремел в армию еще на 10 месяцев. Я понял, что если не сделаю что-нибудь со своей жизнью, превращусь в ничто. В ноль. Это был первый проблеск просветления. Необходимый, но не достаточный.

...В общем, именно тогда наш писатель решил вылезти из униформы и попасть в университет. И попал. Когда человек поступает в вуз, негласно подразумевается, что он уже знает, чего он хочет от этой жизни. Юинг этого почему-то не знал.

-- Я никогда и никак не готовился к жизни писателя. Однако на четвертом году обучения оказался в библиотеке и неожиданно поймал себя на том, что читаю все, что могу найти с именем Эрнест Хемингуэй. Меня привлекла та жизнь, которую он вел.

...Примерно в то же время на него сошло еще одно важное просветление. Он решил, что должен начать писать. И начал. Но специальности бакалавра бизнес-управления не сменил.

-- Сразу по окончании университета я сел на очень недорогой рейс исландской авиакомпании. И отправился в Париж, где снял чердак в старом-старом здании. Это было хождение по чужим следам -- Хэмингуэй, «Праздник, который всегда с тобой» и так далее. Ничего из того, что я написал тогда, успеха не имело. Таланта, знаний, опыта и других необходимых инструментов у меня не было. Но я старался и старался узнать как можно больше.

... В Париже Юинг надолго не задержался. Как водится в таких случаях -- закончились деньги. Пришлось вернуться в родные Штаты. Он безуспешно, как и раньше, продолжал писать. И тут его настигло третье и самое важное просветление. Он вдруг понял, что приехал в Париж, как многие. С традиционной мыслью попробовать пожить пару литературных, художественных, высококультурных лет. Это было личное просветление. Уже испытанное и пережитое многими (см. Э.Хэмингуэй, «Зеленые холмы Африки»).

-- Он говорил обо мне... И тогда я решил писать строгую, бескомпромиссную прозу до конца своей жизни. Пусть даже не добиваясь успеха. Я решил, что буду писать то, что хочу. И с самого начала ко мне приклеился ярлык писателя экспериментального. Первый из признанных романов назывался «Сотки это как сумерки». Название не мое. Это из «Царя Эдипа»: «Пошлешь ли ты судьбу, как грозовую тучу, Или соткешь ее, как сумерки прошлого...» Речь идет об урагане, который обрушился на мой город, Корпус-Кристи. Но на самом деле история -- о прошлом. Желание сохранить что-то из ушедшего. Роман был напечатан тиражом 3000 экземляров в очень маленьком издательстве и обречен на забвение. Хотя национальное общественное радио и назвало его лучшей книгой года, изданной незначительным издательством.

...Для капризной сущности писателя никогда не бывает идеальных условий. Каждый период времени хуже предыдущего. Вполне возможно, что это просто люди так интересно сложены. Прошлое всегда воспринимается старым и добрым. Ностальгия -- признак разочарования. Но это очень мощная эмоция. Это Юинг Кэмпбелл так считает.

-- В Америке сейчас нет редакторов, которые обладают репутацией редакторов прошлого. Современный редактор -- делец, который занимается сращиванием контрактов. Он, как правило, -- выходец из среды торговцев. Вполне возможно, что ни одна литературная работа не дочитана им до конца. Качество работ падает, просто потому что в качественных работах нет коммерческого потенциала. Производство книг торопливо, непрофессионально. Физический объект -- книга -- часто производится задешево. И выглядит так же. Опечаток -- полно. Это либо сам автор не вычитывает произведения, либо он сам по себе безграмотен. И так во всем мире...

...Читатель Юинга Кэмпбелла -- человек, который непременно читает, получает удовольствие и ценит великих классических писателей.

-- Я не хочу, чтобы любой читатель любил мою работу. Я не хочу смешивать любовь с похотью. Если б у меня была дочь, я не хотел бы, чтобы ее любили все. Мои дети -- мои книги, и я определенно не хочу, чтобы каждый человек их любил.

Я думаю: «как» писательства важнее, чем «что». Это означает, что преобладать должно две характеристики, но самое главное -- язык. В настоящий период моей жизни я пытаюсь писать более консервативно, ухожу в сторону от новых приемов и останавливаюсь на языковом аспекте. Это сознательная попытка привлечь к моим книгам новую читательскую аудиторию.

...Юинг не знает, как отразится на его книгах поездка во Владивосток. Однако, на становлении его человеческой сущности, как он выразился, она уже отразилась. А это интимно взаимосвязано с его писательством. На поезку во Владивосток были и другие кандидатуры. Но ни один из тех писателей соблазнительных чар нашего города почему-то не почувствовал.

-- Вот тут все различия. Они посчитали это недостаточно престижным. Слишком далеко. Глухомань. Я же увидел в этом возможность, беременную плодотворными последствиями. Я уверен, что название вашего города не найдется в работах тех, кто не приехал. У меня в одной книге есть упоминание Владивостока -- как образ того, что находится очень далеко.

...Посмотришь на этих американских писателей со стороны: Лондон, Хемингуэй, Буковски, Керуак -- кто там еще? То пьяницы, то люди с нестандартной сексуальной ориентацией.

-- Такое восприятие существует... Ну откуда мне знать какова сексуальная ориентация современных американских писателей? Что же касается алкоголизма -- это профессиональная писательская болезнь. Есть основная движущая сила, которая приводит человека к алкоголю. Та же самая сила может привести человека к писательству. Люди, которые чувствуют себя вне контакта с остальными людьми, для того, чтобы смягчить это ощущение, могут пить. А могут с таким же успехом -- писать. Я вижу, что хорошие писатели, как правило, -- невротики, которые чувствуют себя изолированными от общества. И пишут они в попытке связаться, перекинуть мостик. Однако, это помогает не больше, чем пьянство. Ты пьешь -- пропасть расширяется. Ты пишешь слишком честно, на более высоком уровне -- пропасть расширяется все равно.

...В старших классах Юинг тусовался с тремя парнями. Один был красив, как молодой Адонис. Он закончил свои дни в тюрьме. Другой стал бухгалтером и около пяти лет назад покончил жизнь самоубийством. Скорее всего, связался с наркотиками. Третий пошел в армию и дослужился до пенсии. Был еще друг -- его убили, когда он вышел из тюрьмы. Еще один -- женился на самой популярной девушке класса. Его застрелили за долги. А Юинг стал писателем...

-- Мне нравится это выражение: «Вытянуть себя за волосы»... Все, что мне помогло, -- это мое воображение. Я всегда представлял себя другим человеком. Не тем, каким был. Одна из основных тем моей жизни -- открывать в себе другого, открывать себя в другом. Но я бы хотел прожить свою жизнь заново. Не так деструктивно. Если бы я начинал с того, что знаю сейчас...

Speaking In Tongues Лавка Языков

Юинг Кэмпбелл: «Мне не нужна всеобщая любовь...»

Speaking In Tongues
Лавка Языков

Юинг Кэмпбелл:
«Мне не нужна всеобщая любовь...»