Speaking In Tongues
Лавка Языков

РАЙМОНД КАРВЕР

ВИДОИСКАТЕЛЬ

Перевел Иван Ющенко

Безрукий позвонил мне в дверь, чтобы продать мне фотографию моего дома. Если б не хромированные крюки -- обычный на вид мужик, в районе пятидесяти.

-- Как вы потеряли руки? -- спросил я после того, когда он сказал, зачем пришел.

-- Это другая история, -- ответил он. -- Так будете брать карточку или нет?

-- Зайдите, -- сказал я. -- Я только что кофе сделал.

К тому же, я только сделал желе. Но безрукому про это не сказал.

-- Можно, я туалетом воспользуюсь? -- спросил безрукий.

Мне хотелось посмотреть, как он будет держать чашку.

Я понял, как он держит фотоаппарат. Старый «Полароид», большой и черный. Аппарат был пристегнут у него к кожаным лямкам, которые перехлестывали плечи и сходились за спиной6 вся эта конструкция и крепила аппрат на груди. Он стоял на тротуаре у вас перед домом, находил его в видоискателе, нажимал на рычажок, и выползала карточка.

Я, видите ли, смотрел в окошко.

-- Где, вы говорите, у вас туалет?

-- Там, направо.

Согнувшись, скрючившись, он выпутался из лямок. Положил аппарат на диван и оправил пиджак.

-- Можете посмотреть пока.

Я взял у него фотографию.

Маленький клочок газона, проезд, дверь гаража, крыльцо, окно веранды, окно, в которое смотрел я, кухонное.

На кой мне нужна фотография этой трагедии?

Я всмотрелся получше и увидел свою голову -- свою голову -- там, в кухонном окне.

И то, что я себя увидел вот так, заставило меня задуматься. Задумаешься тут, скажу я вам.

Я услышал грохот сливного бачка. Безрукий шел по коридору, застегивая молнию и улыбаясь, одним крюком поддерживал пояс, другим заправлял рубаху.

-- Что скажете? -- спросил он. -- Нормально? Я лично думаю, неплохо получилось. Что я -- не знаю, что делаю? Скажем прямо, тут без профессионализма делать нечего.

Он почесал в паху.

-- Вот кофе, -- сказал я.

Он спросил:

-- Ты тут один, да?

Заглянул в гостиную. Покачал головой.

-- Тяжко, тяжко, -- произнес он.

Сел рядом с фотоаппаратом, вздохнув, откинулся на спинку и улыбнулся, будто знал что-то, чем не собирался со мной делиться.

-- Пей кофе-то.

Я пытался придумать, что бы сказать.

-- Тут трое пацанов приходили, предлагали мне адрес крупно на бордюре написать. Хотели за это доллар. Ты про них ничего не знаешь, правда?

Заход издалека. Но смотрел я на него как ни в чем не бывало.

Он наклонился вперед с важным видом, чашка балансировала между крюков. Он поставил ее на стол.

-- Я работаю в одиночку, -- сказал он. -- Так всегда было, так и останется. О чем ты говоришь? -- сказал он.

-- Пытался найти связь, -- ответил я.

У меня болела голова. Я знаю, что кофе от этого не помогает, но иногда помогает желе. Я взял в руки карточку.

-- Я был на кухне, -- сказал я. -- Обычно я в комнатах.

-- Все время так, -- сказал он. -- так они что, взяли от тебя и свалили, да? Ты вот на меня посмотри. Я работаю в одиночку. Ну и что скажешь? Возьмешь карточку?

-- Возьму, -- ответил я.

Я встал и собрал чашки.

-- Конечно, возьмешь, -- сказал он. -- Вот я -- у меня комната в городе. Нормально. Сажусь на автобус в пригород, поработаю, еду обратно. Понимаешь? Эй, да у меня тоже когда-то были дети. Совсем как у тебя, -- сказал он.

Я постоял с чашками. Посмотрел, как он пытается встать с дивана. Сказал:

-- Вот они мне что устроили.

Я внимательно посмотрел на его крюки.

-- Спасибо за кофе и за туалет. Сочувствую.

Он поднял и опустил крюки.

-- Покажи, -- сказал я. -- Покажи, на сколько. Сними еще меня и дом.

-- Не получится, -- сказал безрукий. -- Не вернутся они.

Но я помог ему впрячься в лямки.

-- Я могу тебе дать расценки, -- сказал он. -- Три за доллар. -- И добавил: -- Если еще понизить, мне в убыток пойдет.

Мы вышли на улицу. Он настроил диафрагму. Сказал мне. Где встать, и мы приступили к делу. Мы двигались вокруг дома. Методично. Иногда я смотрел в сторону, иногда прямо перед собой.

-- Хорошо, -- говорил он. -- Хорошо, -- говорил он, пока мы не обошли весь дом и не оказались снова перед входом. -- Здесь уже на двадцатку. Хватит.

-- Нет, -- ответил я. -- Еще на крыше, -- сказал я.

-- Господи, -- сказал он. Огляделся по сторонам. -- Всяко, -- сказал он. -- Это ж совсем другой разговор.

Я сказал:

-- Всем кагалом, все до единого. Свалили.

-- Ты глянь, -- сказал безрукий и снова поднял свои крюки.

Я вошел внутрь и взял стул. Поставил его под гаражную дверь. Но все равно его не хватало. Я подтащил деревянный яшик, взгромоздил его на стул.

На крыше было неплохо.

Я встал и огляделся. Помахал, и безрукий помахал в ответ своими крюками.

И тут я их увидел, эти камешки. Будто каменное гнездышко на колпаке над каминной трубой.

Вы детвору знаете. Знаете, как они зашвыривают камни, думают, что один провалится в трубу.

-- Готов? -- крикнул я, взял камень и подождал, пока он возьмет меня в видоискатель.

-- О'кей! -- крикнул он.

Я занес руку и крикнул:

-- Давай! -- Я зашвырнул эту сволочь как можно дальше.

-- Не знаю, -- услышал я его крик. -- Я в движении не снимаю.

-- Еще раз! -- заорал я и взял другой камень.

Speaking In Tongues Лавка Языков

РАЙМОНД КАРВЕР

ВИДОИСКАТЕЛЬ

Speaking In Tongues
Лавка Языков