Speaking In Tongues
Лавка Языков

Генрих Эдоян

Перевели с армянского А.Ерёменко и Рафаэль Левчин

Он оставляет в Итаке свой дом и уходит бродяжить,

Острова возникают в тумане и вновь исчезают,

В сферах застрявшие боги играют с конкретными звёздами,

Парус военный с воем стремится вперёд.

В солнечных бликах блаженное пятится море,

Суши ломая зигзаг.

Это пространство, в котором моря, острова, города прорастают,

Это пространство сердечных толчков одиссеева моря.

Итак, он уходит бродяжить, оставив Итаку,

Светлея лицом, насыщаясь пространством, теряя предметы.

И когда посейдонов трезубец из волн возникает скалой,

Раздвигая и мучая корабля деревянный хребет,

Болит его тело -- Итака, где Пенелопа

Ткёт ковёр времени, переходит по ту его сторону,

Зеркальцем медным пытается высветлить Одиссея -- тело любви своей.

А он продолжает двигаться от любви, от дома -- всё ближе к ним,

Всё больше любимых друзей в воде и в земле остаётся,

Остаётся в руках обратная перспектива, в глазах -- только пыль морская.

Наконец, одинокий, как свет, он в дверь свою ткнётся,

Словно душа, объяснившая тело своё.

Он входит в свой дом, царь и раб, вечный смертный,

И боги пред ним расстилают времени ветхий ковёр.

Узор, прорастая с изнанки, в ничто распускается ждущей.