СОНЕТЫ

Speaking In Tongues
Лавка Языков

К.С.Фарай
СОНЕТЫ
(1995-1999)

Портрет
«Над книгами склонясь, глотаю воздух пыльный...»
Царский венец
Новый горизонт
Нарцисс
Прощание
Паяц
Фауст

ПОРТРЕТ

Скрываясь за своим неясным отраженьем,
Я смыслом каверзным личину наделил.
Не символы — одни лишь маски оживил,
Не мысли устранив, а их изображенья.

И если легкое простите опьяненье
Нектаром сладостным романтики былой,
Вы, как и я, назад по дьявольской кривой,
От тошноты, от слез, от головокруженья,

Теряя ориентир, помчитесь по следам
Того же ангела, и станет стыдно вам,
Что всюду маскарад, а вы не танцевали.

И каждое лицо покажется смешным,
И будет все равно, что злобным и больным
Вам вместо человека зверя показали.

***

«Плоть опечалена и книги надоели...»

Над книгами склонясь, глотаю воздух пыльный.
Уж заполночь. В окно стучится дождь косой.
И тени прежних лет угрюмой чередой
По лестницам влачат израненные крылья.

Ты, греза давняя, от боли и бессилья
Грустишь, истомлена в круговороте бед.
Иль тайну юности и гения завет,
Тобой влекомый в путь, навеки позабыл я?..

И бренность книг еще не осознав вполне,
Не проклял мир идей, живущих по вине
Твоей, жестокая предвестница крушенья.

И среди вороха желтеющих страниц
Не разглядел судьбой очерченных границ
И в Вечность ринулся сквозь гибельное Время!

ЦАРСКИЙ ВЕНЕЦ

Я выковал тебя из платины и злата,
Немеркнущим кольцом смарагдов окружил,
Усыпал жемчугом, кристаллом окаймил,
Пылал ты яростней усталого заката.

Но царственной главы, что над толпой поднята,
Не украшаешь, я вотще тебя создал,
Мое сокровище, мой скорбный идеал,
Твое сияние страшной гибелью чревато...

И все ж, пока в дали горит еще закат,
С надеждой брошусь я в пространство, наугад
Туда, где дремлет жизнь обломком прежней славы.

Чтоб возложить венец на голову твою.
Не все равно ли где, в Аду или в Раю,
Пусть он одной тебе принадлежит по праву.

НОВЫЙ ГОРИЗОНТ

Полю Гогену

Здесь легкость линии, за ней овал воздушный
Парчою золотой расшит и окрылен.
Струной натянутой сливаясь в полутон
На синеве небес безмолвной и послушной

Руке художника. Игрою красок дружной
Живописуя сон и трепетную явь,
Он метил горизонт, к нему пускаясь вплавь
От ужаса земли немой и равнодушной.

Что ждет пловца в дали? Каким он станет там
В бессмертии своем, храня слепую верность
Привычке злого дня, где мертвая поверхность

Холста подобной быть желает небесам?
Где бронзовый кувшин у ног смуглянки стройной
Горит, как солнца диск, пленительно спокойный.

НАРЦИСС

Почти касаясь вод прохладным лбом и пряди
Волос струящихся не в силах уберечь
От ручек крохотных проказницы, чья речь
И вид полунагой, напомнив об утрате

Божеств и призраков, как будто шутки ради,
Мне дали знать, что я — счастливейший из всех
Земных существ и свой неповторимый смех
Лелеял на груди чистейшей водной глади

Не зря, ведь там мой лик божественный сиял
Соцветьем золотым, и ветерок ласкал
Столь нежно лепестки, качая стебель гибкий...

И там, среди своих тоскующих подруг
Я верил, что я жив, но принести не смог
Ту весть глазам, что вниз глядели без улыбки.

ПРОЩАНИЕ

Нет в мире ничего печальней похорон,
Когда идешь, крестясь, с толпой в костюме черном,
И думаешь, как все, о мелочном и вздорном,
Изображаешь грусть иль мастеришь поклон.

Когда в последний путь покойник устремлен,
Но дух его, увы, еще томится в теле
Иль, смерть перехитрив, справляет новоселье
Под крик отчаянья иль сладострастья стон.

Ты сострадать бы рад, но сердце черствым стало,
Как будто дрожь его предсмертная сковала
И слишком грудь тесна, чтоб в ней любовь жила.

Надеяться б хотел, что расставаясь с телом,
Не погибает то, что быть ему велело,
И справедлив Творец, и истина светла.

ПАЯЦ

Я пляшущий паяц с наклеенной улыбкой.
Румяна смыл мне дождь, парик мой ветер смял.
А было время, я и верил, и желал,
И жизнь была моя то радостью, то пыткой.

Прошло давно оно. Утрачен идеал!
Но, Боже мой, к Тебе по-прежнему взываю,
Когда с подмостков чернь тупую забавляю,
Безрадостно порой оглядывая зал.

И ненавистью полн, я зубоскалю тайно.
Сжигает душу боль, мне тяжело дышать —
О зритель мой, тебя любить и проклинать,

И думать, что с тобой мы встретимся случайно
В углу какой-нибудь замызганной пивной
И вместе поспешим к развязке роковой.

ФАУСТ

Предчувствием живи, не помышляй о чуде,
В бездонном омуте не сыщешь ты его.
Привыкни не просить у Бога ничего,
А то, что сам он даст, раздай скорее людям.

Пусть друг тебя и брат за щедрость не осудит,
Хоть не распутать уз, не разорвать оков,
Ты волен выбирать любых себе богов,
И гнаться за мечтой, когда она уходит.

И если в этот час тебе всего больней,
Дай боли разрастись, чтоб утонуло в ней
Усталой юности порочное томленье.

Пророк ты или плут, безумец иль святой,
В могилу ничего не унесешь с собой,
И примет ночь тебя, остановив мгновенье.

© К.С. Фарай

Speaking In Tongues
Лавка Языков

ПОРТРЕТ

*******

ЦАРСКИЙ ВЕНЕЦ

НОВЫЙ ГОРИЗОНТ

НАРЦИСС

ПРОЩАНИЕ

ПАЯЦ

ФАУСТ

Speaking In Tongues Лавка Языков