Speaking In Tongues
Лавка Языков

К.С.Фарай

ПИСЬМЕНА

(любое сходство со стихотворениями стефана малларме может быть лишь несчастливой случайностью)

надпись на веере

о мечтатель я хочу утонуть в неповторимой прелести

пробуждений и белоснежной лжи пусть мои крылья

бьются в твоих горячих руках

пусть вечерний покой в беззвездном небе

прольют скованные крылья о горизонт

океаны смотри как они сквозь бесконечный поцелуй

не отданный никому и не способный оставаться в покое несутся

по райским ветрам безжизненного смеха

срывая с последнего изгиба губ непревзойденную даль

алые берега розы лепестки вечернего сияния

или белизна полета о огни

насытившись горечью укоров

насытившись горечью укоров безделие губит славу для которой однажды

я оставил грязное ложе лживого детства роз и лазурных рощ

о кто заставляет меня каждую ночь выкапывать новую могилу

в холодной безжизненной почве души что для вас грезы

о мечты что смогу я посещенный розами дать вам

на восходе устрашающих роз

огромное кладбище сторожит глубокие могилы

я оставлю бренное искусство жестокой страны улыбнусь дряхлым

ветхим укорам забытого прошлого забытых друзей и даже моего забытого гения

улыбнусь этой лампаде лишь она знает всю глубину моей агонии

подражая восточной чистоте китайцев на белоснежных чашах кто

рисовал утрату пускай тот мастер с умощенной цветами душой

ребенок из голубоглазых облаков ответит

моей смерти мечте мудрецов для нее я выберу новые земли

и нарисую на чашах

свои абстракции

бледная тонкая лазурная линия станет

озером среди небес обнаженного фарфора и полумесяц

как и я потерянный в туманах

окунет свой волшебный рог в прохладные воды

вблизи трех изумрудных камышей ресниц

лебедь

девственная прохлада

моих волшебных дней

одним ударом

пьяного крыла разбудит

тяжелое полузабытое озеро

и иней на губах наблюдателя

неизвестных полетов

о лебедь вспомнишь ли свои сны

потрясающие

лишенные надежды крылья

освобожденный из страшного ларца жестоких зим

ты пел о тоскующей вчерашней звезде

с великой шеи

изорванной белым всплеском агоний

огражденный еще большей неволей

подобной ужасу земли

увлеченный грезами великолепий

(всегда в пределах зорь)

ты плачешь в немую вечность