Speaking In Tongues
Лавка Языков

М.Д.Мальцева

(ЗабГПУ)

ПСИХОЛОГИЗМ ПРОЗЫ ДАГОБЕРТО ГИЛБА

Дагоберто Гилб -- мексикано-американский писатель, автор нескольких романов, сборников рассказов и новелл, эссе. Сборник новелл «Магия крови» (1993), удостоенный высоких литературных премий и наград: премии Эрнеста Хемингуэя (1993), приза за участие в конкурсе имени У. Фолкнера (1993) -- его первая книга, хотя новеллы, вошедшие в сборник, публиковались ранее различными известными литературными журналами и книгоиздательствами, такими как Fiction Network Magazine, The Threepenny Review, New Chicano/Chicana Writing, American Short Fiction и другими. Популярности сборника «Магия крови» способствовало то обстоятельство, что он был издан одновременно в США и Канаде.

Д. Гилб родился в 1950 г. в Лос-Анджелесе. После окончания школы поступил на философско-религиозный факультет Университета Калифорнии. В 1976 г. Д. Гилб получил степень магистра философских наук. Сын англо-американца и мексиканки, он не сразу нашел свое призвание: долгие годы ему пришлось зарабатывать на жизнь тяжелым трудом плотника на стройке.

В течение последних десяти лет он живет со своей семьей в Эль-Пасо, штат Техас, занимается писательской деятельностью и преподает литературу в Университете.

Литературные критики высоко оценили ранние произведения Д. Гилба, удостоив в 1984 г. престижной литературной премии Джеймса Д. Фелана, которая ежегодно присуждается лучшему писателю Калифорнии в возрасте не старше 35 лет.

Все вошедшие в книгу «Магия крови» произведения могут быть отнесены к жанру новеллы, хотя многие из них по своей структурной организации больше похожи на рассказ или повесть. Одни характеризуются краткостью, лаконизмом, представляют собой как бы неделимое целое; другие, напротив, выдержаны в духе эпического повествования, раздроблены на главы и разделы. Есть новеллы, написанные от первого лица и пронизанные лирическим пафосом, но есть также и такие, где автор является лишь созерцателем описываемых им событий.

Философская тема, а именно тема осмысления человеческого бытия и самосознания личности, проблема Человека и его будущего является ведущей темой всего творчества Д. Гилба. Сначала в новеллах и эссе, позже в романе «Последнее пристанище Мики Акуньи», писатель стремится проанализировать духовное состояние современного американского общества, частью которого является он сам.

Своеобразие произведений Д. Гилба заключается в том, что Человек показан в них через свое сложное психологическое состояние. Мы наблюдаем героев Д. Гилба в моменты напряженной борьбы или острых переживаний. Писателя интересуют внутренние мотивы человеческого поведения. С поразительной достоверностью он передает чувства персонажей в их взаимосвязи и динамике. Эти чувства связаны с разными сторонами жизни героев произведений: с окружающей их социальной действительностью, с природой, с фактами их личной жизни, с ее бытовым укладом и, главное, с их собственными духовными исканиями.

Через многие новеллы Д. Гилба красной нитью проходит тема хрупкости семейного счастья. Не случаен, на наш взгляд, и выбор названия сборника «Магия крови», которое олицетворяет кровные, семейные узы с одной стороны, и узы, связывающие всех американцев латинского происхождения с другой. Показательна с этой точки зрения и новелла «Магия крови», давшая название книге.

В фокусе изображения практически во всех новеллах в сборнике оказывается мексикано-американская семья, ее прошлое и настоящее. Предметом исследования писателя являются проблемы взаимоотношений в современной семье и проблемы отношений мексиканской семьи с чуждым ей американским обществом и американской культурой.

Сюжет новеллы «Магия крови» прост, лаконичен и точен. Молодой человек везет домой свою прабабушку после грандиозной вечеринки, посвященной ее дню рождения, на которую съехались все родственники, даже из Мексики. Хотя, как это ни парадоксально, «никто толком не знал сколько лет исполнилось прабабушке и верна ли сама дата дня рождения» (1, с.63). Повествование идет от лица правнука, сидящего за рулем автомобиля. Кроме них в машине находится сестра молодого человека с ребенком. Все случайно оказавшиеся в машине люди -- близкие родственники. Но, как это ни странно, им не о чем говорить. С легкой насмешкой рассказывает автор о напрасных попытках юноши вести взрослый разговор о родственниках. «Свои» по крови становятся «чужими», «растворяясь» в американском обществе.

Грустные, лирические, интимные интонации пронизывают новеллу. Грустные потому, что в каждой фразе выражено сожаление автора по поводу распада семьи. «Семья слишком разбросана. Одни здесь, другие там. Эти ни о чем не спросят тех, не поговорят ни о чем. ...Встречи происходят так редко» (1, с.64). Или: «Никому ни до кого нет дела, -- сказала она. -- Никто не считает это важным. Вся семья развалилась» (1, с.64). Лирические и интимные -- потому, что семейные, кровные узы занимают самое важное место в личной жизни человека. Д. Гилба волнует внутренняя жизнь героев, их духовное созревание, они мало действуют, но зато остро чувствуют и думают. Отсюда усиленное внимание писателя к монологу, являющемуся выражением «потока сознания», к диалогу, который отличается лаконизмом и емкостью реплик. Отсюда и своеобразие композиции. Очень часто в его произведениях понятие композиции весьма условно. Так, в «Магии крови» автор несколько раз прибегает к приему «рассказ в рассказе», каждый из которых мог бы стать отдельной новеллой. К примеру, повествование о том, как сестра рассказчика сбежала из дома и уехала в Голливуд, или рассказ о юношеских годах прабабушки и ее тяжелой судьбе до иммиграции из Мексики в США. Этот же прием использован в новелле «Нэнси Флорес» и многих других.

О несостоявшемся семейном счастье рассказывает новелла «Отчаяние». Во время очередной ссоры с женой из-за вечного отсутствия денег, герой новеллы Такер ударил женщину. Рассерженная и униженная, она покидает его, и Такер остается в квартире с плачущим грудным ребенком на руках. С подкупающей искренностью и состраданием автор описывает пробуждающееся в Такере чувство отцовства. Оказывается, он держит на руках собственного сына впервые в жизни. «Забота о плачущих младенцах не была частью его натуры... Он обнял мальчика и ощутил какую-то неловкость, но обхватившие его шею маленькие ручки выдавили из него странное, необъяснимое чувство инстинкта, и Такер вдруг почувствовал себя отцом» (1, с.182).

Способы показа человеческого характера у Д. Гилба чрезвычайно разнообразны. Так, в новелле «Отчаяние», он передает события через восприятие персонажа, явно отрицательного. Но несмотря на это, мы видим, как эволюционирует образ Такера. Автору удается показать эту эволюцию исключительно с помощью внутреннего монолога, который выражает кризисное состояние героя. Мысли Такера не пересказываются автором, а воспроизводятся со всеми особенностями процесса мышления. Поэтому так важна роль внутреннего монолога в этой новелле и вообще в поэтике Д. Гилба. В результате общения с ребенком и размышлений по поводу ухода жены Такер меняет свое решение убежать из дома и начинает думать о судьбе сына. «Ведь это был его собственный ребенок, его сын, его плоть и кровь... Прости меня, мальчик,» -- говорит Такер (1, с.185).

По-другому Д. Гилб относится еще к одному отцу, герою рассказа «Голливуд!» по имени Луис. Луис кичится знанием детской психологии, гордится своим положением главы семьи. А в результате из-за собственного упрямства лишает своего ребенка радостей детства, навязывая ему собственное восприятие мира. Полны сарказма слова его жены, когда Луис не знает как вести себя с сыном: «Может быть, ты расскажешь ему одну из своих сказок? Расскажи ему, сколько денег мы сэкономили, не поехав в Диснейленд.» Но Луис по-своему смотрит на мир, руководствуясь своей жизненной философией: «Будет лучше, если его сын сначала узнает о важных вещах в этой жизни. А чему может научить ребенка место, подобное Диснейленду?» (1, с.259)

Тема «семейного счастья» становится своеобразным лейтмотивом новелл Д. Гилба. Вокруг нее сгруппированы и все основные злободневные проблемы 90-х годов. Одна из них -- непонимание, разрыв между моралью «отцов» и «детей». Очень часто это непонимание имеет буквальный смысл. Родители и дети говорят, действительно, на разных языках, так как взрослые зачастую являются иммигрантами из Мексики второго или третьего поколений и плохо или совсем не говорят по-английски. С трудом общается с сыном Луис, герой новеллы «Голливуд!», не знает языка Хесус («Сеньора»), плохо говорит по-английски Викторио («Музыка Вика Дамона»)... Эволюция характеров мексиканцев происходит на американской земле, на которой они, лишенные своих «корней», являются чужими.

По свидетельству известного литературного критика Э. Симмена, автора антологии мексикано-американского рассказа, Д. Гилб тяжело переживает вместе со своими героями утрату собственных корней и языка. Может быть, это происходит потому, что автор не забыл, как его собственный отец, англо-американец по происхождению, заставлял его лгать и говорить, что его мать -- испанка, т.к. быть мексиканцем, особенно в Лос-Анджелесе, помешало бы развитию мальчика. В то время как мать Д. Гилба учила его быть гордым и не стыдиться собственных корней. Отсюда внутренний драматизм его новелл, где все подчинено столкновению человеческих характеров. Д. Гилба увлекают тонкие психологические изыскания, занимает мир сомнений и поисков, свойственных внутренней жизни человека. Очевидно, поэтому автор все чаще прибегает к рассказу от первого лица, где он получает возможность смотреть на мир глазами своих героев. Но даже тогда, когда повествование ведется от третьего лица, писатель нередко предпочитает видеть действительность глазами персонажей.

Часто он дает читателю возможность увидеть события, как бы случайно заглянув в чужое незадернутое шторами окно (как это происходит в новеллах «Фотографии на фоне роллс-ройса»; «Стоянка»), или как бы на телевизионном экране. Не случайно, телевизор становится своеобразным действующим лицом большинства новелл Д. Гилба.

Телевизор помогает многим героям его новелл в часы жизненных испытаний и душевных переживаний уйти от проблем, отключиться от действительности. Такая попытка бегства в искусственный, иллюзорный мир, спасает только на короткий промежуток времени. Так происходит с Такером («Отчаяние»), когда он, забыв о своем плачущем сыне, с интересом следит за фальшивыми подвигами шерифа из вестерна. Марта и Рамон («Голливуд!»), как зачарованные, смотрят на съемки рекламного ролика, забыв о холоде и даже голоде. Телевидение настолько глубоко вошло в жизнь главного персонажа новеллы «Оптимистический взгляд на вещи», что он невольно сравнивает всех окружающих его людей с телевизионными героями: «Я снисходительно улыбнулся таможеннику, который казался таким же добрым, как Капитан Стаббинг из ТВ-шоу "Корабль Любви"» (1, с.5).

Юноша из новеллы «Магия крови» сравнивает происходящие с ним события с «шикарным американским кинофильмом» (1, с.63). Кристиан («Глупость какая-то») при встрече с отцом, которого он не видел несколько лет, сообщает ему главную новость в своей жизни: «Мы сегодня купили телевизор» (1, с.123), а только потом рассказывает о том, как вырос его ребенок.

Д. Гилб сетует вместе с героем новеллы «Посмертная маска Панчо Вильи» на то, что люди смотрят телевизор только потому, что им нечем больше заняться, если у них нет работы. Устами своего героя Д. Гилб обвиняет американское общество в том, что оно не хочет понимать проблемы американцев латинского происхождения, пытающихся найти свое место в Америке и обеспечить лучшую жизнь своим детям: «Я слишком много смотрю телевизор, по правде говоря, и это не лучшее времяпрепровождение, но не главная неприятность в жизни... Наши счета могли бы быть оплаченными, мои дети могли бы смеяться и бегать, веселясь и ломая игрушки, моя жена могла бы найти работу на какое-то время, но мы не стали бы от этого богаче» (1, с.17). Контраст между дисгармоничным миром, в котором живут герои новелл, и миром несуществующим, иллюзорным, создает особый стилевой эффект, усиливающий художественное воздействие произведений.

Таким образом, психологизм прозы Д. Гилба проявляется прежде всего в наличии внутреннего драматизма; в многоплановости новеллистической композиции, в тенденции к лиризации и сближению или даже слиянию автора с героем; в широком использовании внутреннего монолога; в умении отображать мир, преломляя его в сознании героя, в особенности стиля автора. Внутренний психологизм обусловлен проявлением национального колорита, который связан с этническим мировоззрением писателя.

По словам известного литературоведа М.М.Бахтина, «центром мира эстетического видения является человек; все в этом мире приобретает значение, смысл и ценность лишь в соотнесении с человеком, как человеческое. Все возможное бытие и весь возможный смысл располагается вокруг человека как центра и единственой ценности; все ... должно быть соотнесено с человеком, стать человеческим» (2, с.509). Анализ новеллистики Д. Гилба позволяет отметить тот факт, что в центре мира эстетического видения автора стоит человек и его внутренний мир, его психология. А общая для всей литературы тема -- тема хрупкости человеческого счастья -- приобретает в его произведениях яркую эмоциональную окраску, особую экспрессивность и впечатляющую силу воздействия, что происходит благодаря психологизму прозы Д. Гилба.

1. Gilb D. The Magic of Blood. Grove Press, New York, 1994. -- 289 p.

2. Бахтин М.М. Литературно-критические статьи, Москва, «Художественная Литература», 1986. -- 543 с.

3. Simmen E. North of the Rio Grande. The Mexican-American Experience in Short Fiction. A Mentor Book, Penguin USA, 1992. -- 431 p.

Speaking In Tongues Лавка Языков

М.Д.Мальцева

ПСИХОЛОГИЗМ ПРОЗЫ ДАГОБЕРТО ГИЛБА

Speaking In Tongues
Лавка Языков