Speaking In Tongues
Лавка Языков

Джон Леннон

Фрагменты из книги «Устная небопись»
(«Skywriting By Word Of Mouth»)

Смерть переключает телеканалы

Его стала раздражать сексуальная жизнь (смерть всегда действует на Морганов таким образом). Он оделся в резину и сел на самолет до Амстердама. Но об этом позже. В Амстердаме он сел за руль и поехал в Брюссель, хотя это мог бы быть и Мюнхен, насколько он знал. «Я должен убраться откуда-нибудь». Его напряженность росла как Меррилл-Линч. «Я должен вернуться и посмотреть на самих себя».

Он похудел в аэропорте и появился в Кеннеди, штат Нью-Йорк, усталый, но бездомный, взял такси, даже не пытаясь сделать это. Его дыхание было зловонным, но на сердце было легко. Дружелюбно рыча, таксист выбросил его в Вест-Сайде. Он наступил на собачье дерьмо и достал ключ от квартиры. Прыгнул на жену и заснул. Она погладила рукой его поношенный пересаженный орган. Он крепко спал, ему снились летящие лошади.

Проснулся от выстрела стартового пистолета и лишь затем, чтобы понять, где он. «Я не нашел Мишель Сантгрил, но я и не потерял себя». С этой мыслью, прочно засевшей в черепе, он сделал жене нагоняй в маленький, но Арт-Деко ресторан на Коламбус-авеню.

Заказывая себе обряд, он позаботился и о свадебной враждебности. После довольно интимного обеда они побрели, держась за руки, обратно в свой особняком, их животы стонали под грузом ответственности. В чрезвычайно медленном лифте они занялись любовью, постепенно изымая друг друга из обращения. Они были удовлетворены, счастливы и немного нервничали. Она любила его своими бабочкиными руками, он -- делал ее бизнесносом. «Какая пара!» -- сказали друзья, да и враги тоже...

Черный вор он бес предела, или... от души три Стас пар танцев буги

В эпоху акварианцев носить воду с собой было бы хорошо если бы вы смогли уделить мне хоть на пять минут больше-меньше удовольствия она доставляет себе сама все равно когда так дорого все живое доказательство теории бутерброда падающего маслом по сердцу разбитому негативными явлениями черта характера приводящая нас к заключению под стражу закона о свободе передвижения прыжками в высоту человеческого отношения к ним, они же не виноваты, что их родители так глупо изводят себя алкоголем каждый вечер! До встречи ночью у меня во сне в это же время завтра никогда не придет в себя надо беречь от неприятностей на наш век хватит уже подбирать себе партнера по размеру предметов туалета закрытого на ремонт обуви о которой мы никогда не читали какие-нибудь интересные книги в последнее время? У меня дома потрясающий толчок я совершаю чтобы прыгнуть на большое расстояние в длину одежды разбросанной по всему широкому разнообразию представителей прекрасного пола паркетного по которому ползет уж слишком я остроумный!

Не знаю за что я тебя так люблю утверждать что не готов такую ответственность вынести мебель офисную по разумным ценам расшатывающим экономику любого уважающего себя общественного здания с колоннами марширующими по Пятой Авеню в поисках отеля Барбара Стэнвик с парковкой для автомобиля нет проблем в любом месте где вы сможете найти его утром если только полиция не отбуксирует его можно считать что все в порядке общей очереди.

Вино на палочке всегда пользуется просом в клубе инвалидных протезов сержанта Пеппера. Помогите мне, пожалуй сто, я иной странный турист, а юго-заспанный ветер дует из непоседливого окна в Европу поезд следует до станции пересадки органов законодательной в ласты склеивать пойдем завтра к чемпиону по стрельбе затычкой каждой бочке меда пчелиного роя канаву можно и не услышать сигнала слухового аппарата президента решающего вопрос оказания помощи государству Вьетнам ли быть в печали пройдут грозовые дожди по всей южной КалориферНИИ, а это может привести к наименьшему общему знаменатебе как другу я скажу откровенно -- школьные дни это счастливейшие дни твоей жизни, только руками трогать не надо.

Слова выплывают как бесконечные радуги на которых жарится бекон в масле машинном испачканы руки вагиновожатого нашего отряда ребята нашли в лесу белый Грипп Ван Вилку воткнул в центр форвард забивает гвоздь программы партии члены встают дыбом волосы белые флаги перемирия и передышки перед второй порцией фрикций.

Смысл дышать

Я нарисовал себя в лодке, плывущей по реке с мандариновыми деревьями в нервной дисплазии. Это должно было стать последним пунктом программы сбережений моей жизни. Я вытащил вилку из розетки и сел на поезд в никуда. Всю жизнь я страдал бессоницей, но считаю, что во всем виноваты яблоки. Исаак Ньютон был того же мнения, так что это у меня наследственное (как и высокий лоб).

Мне хотелось остаться анонимным в этом мире филадельфийцев. Я поставил напротив себя галочку и разместил себя в номере с двумя спальнями и дурной репутацией. Я чувствовал уверенность, что уже бывал здесь раньше. Называйте это как хотите, а я называю это идиотизмом. Неужели мне уже приходилось бродить по этим вот самым заливным калугам? Или я всего лишь обычная жертва кругосветного плавания? О да, пусть я гуляю по Руди Валли, но мне не страшен никакой Эвил Нэвил. От съеденных отбросов я поглупел, пища из забегаловки заставила меня притормозить, и пришлось выйти на ближайшей остановке. Я высадился на корточки в укромном месте под звуки рок-группен-фюрера.

«Эй, куда это вы тащите эту женщину?» -- раздался голос. Я насторожился.

Не стой на пути у свободной женщины, едущей верхом

Они добрались до отеля «Жорж Синк» и выписали друг друга.

«Прежде всего я освежу твою память, -- пропела она тирольским йодлем, гоняясь за ним по всей горничной. -- Ы потом... Одному Богу Известно, в исполнении ансамбля Бичбойз!»

Он забыл про свои щорские муки и разделся. «Иди сюда, мяо маленькая лягушка, -- сказал он, надеясь добиться продления своей лицензии. -- Дай-ка мне попробовать твою картошечку-фри.» Они занялись низкой любовью прямо перед открытым пожарным. «Мужчина в моей позиции, -- прошептал он из ее промежности, -- не может позволить себе быть у всех на виду».

Он продолжал прослушивать ее, отрываясь только изредка, чтобы набрать в легкие волос. Она же тем временем предвставляла себе Роберта Рэдфорда и Беллу Азбуг. В конце концов такая поза лотоса начала его душить. Ее покидало самообладание, а его покидала жизнь. Но язык его, тем не менее, продолжал свое кошерное лакомство. «Долго, беспредельно,» -- сказала Эми, настаивая его на окне. Они вышли пообедать.

Поужинать они установились в маленьком тихом итальянском ресторанчике, за которым следил Вагонжандармов. «Этот город вдохновляет меня, -- сказал он, уминая под себя какого-то туриста. -- Не удивительно, что они непрерывно разговаривают.» Она кивнула. Ее рот был полон жизни. «Не подсаживай меня на гранит, Пьер,» -- каменно сказала Эми. «Никогда, любовь моя,» -- пропел он.

В основе их отношений лежал один ублюдок, который должен был пригодиться им в дальнейшем. Никто из них не держал друг друга в подчинении, фактически они делали это по очереди. «Одна хорошая очередь заслуживает того, чтобы ее повторить» -- так в целом характеризовались их отношения. Они провели вместе три счастливых месяца и, разъяренные, расстались.

Его воспоминания о ней остались ясными и свежими до сего дня. Подобно человеку, которого в детстве кормили насильно, он никогда не забудет о ней, да и она, я надеюсь, тоже. Вечное Пламя Любви сожгло днище корабля их отношений, аврал, полундра, свистать всех наверх! Капитан спрыгнул со своей койки прямо в...

Два девственника

Жылидабили два Шаррика, которых звали Джок и Йоно. И они были конкретно повязаны любовью, такой, какая случается раз в миллион лет. Они были связаны вместе, короче. К сожалентяю, они оба, вроде как, уже имели определенный опыт прошлой жизни, и она порой беспокоила их, так или инынче, (сами знаете какэтобывает). Но они стойко боролись против несметных чудаковатостей, среди которых попадало и несколько их злючших друзей.

Будучи влюблены, они от этого только еще больше, значит, склунялись друдрунгу, но некоторым уядобищам из числа возъяристовых гавнобсиратобусов все же порой удавалось прилипнуть, поэтому бремя от вымени им приходилось отдыхать в химчистке. К счастью от этого они не умерли, иимнеза претили участвовать в олимпийских играх. С тех каждых пор они жили многообещающе, и кто их упрекнет?

ИСКУССТВО ОБМАНА ГЛАЗАМИ ОЧЕВИДЦА,

или «Смеется последним как правило самый тупой»,

или «Как один хиппи не еврей чуть не разрушил мою жизнь»

Просто удивительно, как низко опускаешься, ради того, чтобы получить кайф. Дешевле всего было бы просто заплатить деньги. Капитан Кундалини выходит из пометного списка призидента Книксена. Деревня задыхается от потакания собственным слабостям. Анне Веннер обретает независимость от собственного тела после семи простых уроков в деревенском доме, эта мясная фрикаделька отбивается от насильника. Св. Джон Томас Девятнадцатый издает «Страх и ненависть в Ватикане» -- очередную книгу из серии «Страх и ненависть везде, где мне удается их найти». Госпожа Роберта Морли продает арабам не слишком великую Британию. Герман Геринг получает премию «Грэмми». Фреда и Аду Гуркин приглашают на ралли «Некоторые войны окончены», чтобы поглумиться над искалеченными ветеринарами.

Смысл постичь поторопись,

Ибо сказано: «Пись-пись»...

Ощущение приближения Шарлатана Великого овладело мной, когда я выглянул из окна своей семиэтажной души.

Итак, вам надоело?

Так идите на хер.

Переверните страницу.

Ложитесь спать.

Как переехать большой машиной маленькое тело? Почему я должен тащиться как тинэйджер? Во имя отца, матери и Рори Калхуна я объявляю этот корабль призраком. Кому дуры дарят дыры? Каждую ночь я спрашиваю об этом звезды в ебесах.

«Я видел будущее, оно молится». Эти слова я оставляю вам, уходя в гипнотический транс, вызванный зевотой величайшей важности. Почему Бостон задыхался? Томушто в этом виновата леди Астор. Доктор Тонг на проводе, и он хочет поговорить со мной. Методан: киллер, которому нас заказало правительство. Спросите «реального» доктора: «Что мне делать, чтобы соскочить?» И он ответит, с обнадеживающей улыбкой: «Бесполезно, ты не сможешь». Так держать, доктор Резинпенис!

Чем мне действительно нравятся западные врачи, так это тем, что они все БОЛЬНЫ. «Я позабочусь о том, чтобы ваш диагноз подтвердился!»

«О, спасибо вам, спасибо, мудрый, прекрасный доктор, дай вам бог!»

Они боятся обнаружить свое невежество, поэтому разговаривают на латыни. Доктора и адвокаты взаимозаменяемы -- и те и другие ставят вас на деньги. «Я не езжу по вызовам к бабкам, я езжу по вызовам за бабки!»

И в заключение, от имени Рыцарей Ордена Св. Дервиша к вам обращается Демиург:

Уважаемый Подписчик!

Как Вам известно, в настоящее время мы заставляем Вас оплачивать подписку на наше издание при помощи колдовства. В этом году мы решили предложить людям участвовать в оплате на добровольной основе. Теперь у Вас есть выбор, Вы можете высылать нам свои добровольные пожертвования или же испытывать болезненное чувство вины, которым закодирован этот текст.

Поскольку это в наших же интересах, мы напоминаем Вам, что являемся самой достойной организацией в мире. В самом деле, мы чрезвычайно важны.

Мы надеемся, что Ваше пресловутое сердце побудит Вас помочь нам в наших попапытках снабдить туалетной бумагой наших нуждающихся подписчиков. Список наших спонсоров примерно такой же, как и у других организаций (т. е. обширный, с участием частных лиц). Присоединяйтесь же к нам, и пусть растет сознательность, и на завтрак будет икра!

Заранее благословляю,

почтенный Виконт,

Дж. К. Наконцештейн Арматур Смиф (т.е. напр. кнд. тех. н-к).

P.S. Список лиц, которых мы уже достали, прилагается.

Послесловие от А.Толкачева, переводчика, с позволения сказать

Как честный человек, должен признаться. Переводить рассказы Леннона легко. Надо только иметь под рукой небольшой англо-русский словарик. Встречаешь незнакомое слово, допустим, «buslodedshithrower», открываешь словарь и находишь перевод -- «гавнобсиратобус».

Сложнее с игрой слов. Леннон, например, пишет: «I walked dusty springfields». Spring -- весна, field -- поле, Springfield -- город такой. Как переводить? «Я бродил по пыльным спрингфилдам?» Теряется игра. Я написал: «Бродил по заливным калугам». Леннон, конечно, и слыхом не слыхивал ни о какой Калуге. Тем более о заливной. Получается некорректно. Зато, кажется, передается игра, похожая на авторскую. Так я и поступал во всех случаях. Когда не мог следовать одновременно и духу и букве, отдавал предпочтение духу.

Особенно много отсебятины наворотил в миниатюре «Черный вор он бес предела или ... от души три Стас пар танцев буги». Достаточно сказать, что у Леннона он называется «Be Were Wolf Of Limitations, or... The Spirit Of Boogie Be Upon You». Вообще, что касается этого рассказа, мне кажется, интересно было бы устроить специальный конкурс его переводов.

Первые две книги рассказов Леннона «In His Own Write» и «A Spaniard In The Works» были переведены на русский Алексеем Курбановским и изданы, соответственно, в 1991 и 1992 гг. издательствами «Борей» и «Агрогород». Фрагменты из них, довольно объемные, опубликованы в сети.

Книга «Skywriting By Word Of Mouth» вышла на западе году в 86-м, и ее русского перевода я нигде не встречал. Некоторые ее фрагменты я нашел здесь и здесь.

Мои попытки их перевода и представлены выше.

Короче говоря, побродив по сети и кучу сайтов перерыв небольшой между первой и второй мировой судья на линии огня, кричат, огня, пришли мне в дар Тань, Ян и три мушкетера пока не сотрешь черные пол осы садятся на сахар, соль, ля, си, до полного погружения в транс агентство Франс-Пресс, Пресс-Папье, Папье-Маше, Моше-Даян, сука одноглазая, -- поет Владимир Высоцкий и пани Моника.

Speaking In Tongues Лавка Языков