Speaking In Tongues
Лавка Языков

Константин Дмитриенко

Искушения

Первое (подавать горячим)

Выйдя в пустыню он был готов беседы вести со змеями

Есть из одной чашки со львами, лисами и гиенами

Он был Антонием, впрочем, время читая по птицам

Летящим то с юга на север, то через полгода в обратный,

Он не был уверен в собственном имени

Веруя только в прозвище, данное иудею

Греческими учеными.

Слово, то, что в начале, Сила, та, что всегда и всюду, Слава, та, что дорога в бессмертие

На них, как на трех поленьях горела в нем его вера.

Все, что он делал в пустыне -- себя иссушал, постился

Акрид собирал, бывало, встретив в пустыне паломника

Прятался.

Но от такого не спрячешься.

Кровь закипала в сердце, словно оно -- лишь чаша

Поставленная на печку, а в чаше -- дикое варево.

Кровь закипала, летела ошметьями рваного пламени

В ноги и в голову метя. Живот был подобен адскому

Огню, на котором мученик чище становится. Что же

Ты сделал с ним, символ, слово и слава и сила

Был он подобен закату над иссушенной пустыней.

То ли мгновение -- вечность, то ли огонь -- вечный

В этом краю безлюдном, Лилит, наважденье, под вечер

Влажная, наглая. Сучка, что же ты делаешь блудня?

Она не смеялась над верой

Не соблазняла Антония

Слово и Сила и Слава

Что они значат если

В руках ее чаша и влага

Искушение первое

Второе (ложка справа)

В одном из портов Голландских, а может быть в Дании где

Все гнило, а к Эльсинору приходят странные тени

Все ищут кого-то, все ищут, но, впрочем, я не об этом,

О чем я? О том, что где-то на Балтике

В одном из портов на пристани лежит деревянная плаха.

И каждый моряк уходящий в свое первое плавание

Вбивает по самую шляпку уже триста лет, коль не больше

Медный гвоздь точно так же как римские легионеры

Вбивали железные гвозди и поднимали

Крест с видом на Средиземье.

Похожее встретишь у Юккера, да ладно, я не об этом,

Когда нанимался в первый, старпом подводил меня к борту

И спрашивал, как в «Моби Дике»

«Ну, парень, и что же ты видишь, ты, пожелавший увидеть три четверти мира?»

Воду.

«Вот это и есть -- 3/4, и каждый день, даже ночью --

Что небо, что волны

Что солнце, что звезды

Мир моря --

В когтях горизонта -- вода. Вновь вода. И снова».

О чем это я? После водки -- мысли, как крысы с «Титаника»

Плывут по волнам холодным…

Ну да,

Мы приходим в Гамбург.

Реепербан -- что еще нужно? Все в красном цвете

На ощупь же цвет холодный -- синий как волны под небом.

Эти тела проституток -- три четверти в них мира моря.

Холод собачий, холод, но хочется, хочется верить,

Что в венах еще есть что-то горячее, вроде рома.

Ножи в ход пойдут и свайки, горло бутылки и просто

Кулак. Что делили? спросят нас в полицейском участке.

Три четверти мира, -- ответим.

И никому не скажем, что кровь наша -- странного цвета,

Что в венах у нас на самом-то деле

Все те же 3/4.

О господи, господи, боже мой.

Меа грандиссима кульпа!

Нет в нас огня - в нас три четверти!

Холод собачий!

Второе

Третье (не десерт, но сладко)

Было так:

Холодом захлебнувшись,

Превратившись на миг в ледышку

Он из ада холодного викингов

В преисподнюю окунулся.

Было так:

Иссушенный до корки хрустящей

Пригоревший местами

С пятнами запекшейся крови

Его пригласили к ужину

Блюдом дежурным.

На второе.

Было так:

С кем угодно могло быть такое,

С кем угодно и было -- ничего особого

Так себе, муки адовы,

Так себе, наслажденьице.

Стоит ли?..

Все же, было так:

Торговал: око к оку,

Зуб за зуб отдавал, золотом

Расплатился за медные звуки

Пригласили в джаз-бэнд архангелов

Не первой скрипкой,

А саксофоном.

Было так:

Где-то в сердце песок завелся,

Волосы побили заморозки

И спасти не могли ни руны с кровью

Ни пентакль с огнем, ни порох в роме

Hallelujah и все такое

Понадежней спицы каленой,

Вбитой в кукольное сердце.

When the saints go marching in

Так и было:

Он вместе с ними

Дошагал, дуя в медь.

Разошлись у перекрестка

Это у них Армагеддоны,

А он продал душу, кому сам не понял

Для того чтоб построиться Иерихоном.

Развалиться.

Но медь услышать.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Константин Дмитриенко

Искушения

Первое (подавать горячим)

Второе (ложка справа)

Третье (не десерт, но сладко)

Speaking In Tongues
Лавка Языков