Speaking In Tongues
Лавка Языков

Жан Сенак

Уроки Эдгара
(фрагменты)

От переводчика

Жан Сенак родился в 192б году в местечке Бени-Саф, неподалеку от Орана. Сын матери-испанки и неизвестного отца (предположительно -- цыгана), он не имел никаких кровных связей ни с метрополией, ни с Алжиром и даже фамилию свою унаследовал у отчима.

Несмотря на французское образование, знакомство и дружбу с многими французскими культурными деятелями (Эмманюэль Роблес, Альбер Камю, Симона де Бовуар, Рене Шар) и десять лет парижской жизни (1952-1962), Сенак был чужд идеям евроцентризма и французского национализма. «Я алжирец», «я родился алжирцем», -- неоднократно повторял он. В 1962 году Сенак назначается на пост советника министра образования в правительстве Бен Беллы, участвует в создании Алжирского союза писателей и становится его генеральным секретарем, ведет регулярные радиопередачи.

Но вскоре Алжир отверг своего незаконного сына. С приходом к власти полковника Бумедьена, Сенак постепенно отстраняется от всех своих должностей. Христианин, гомосексуалист, франкоязычный писатель был обречен на маргинальное существование в бурно исламизирующемся Алжире. «О, безумие, я говорю, что родился алжирцем, а мне смеются в лицо.».

Последние годы жизни Сенак, чьим символом всегда было солнце, одиноко живет в темном подвале, без электричества, пишет и читает при свечах. Этому мрачному пристанищу суждено было стать последним. Сенак убит, предположительно в ночь с 29 на 30 августа 1973 года. Точная дата не установлена, и убийство не раскрыто.

*** * ***

Прибрежных радостей досталось мне немало:

Сквозь темноту воды пытаться видеть дно

И, примирясь с благопристойностью усталой,

Забыть, что страсть пьянит сильнее, чем вино.

К твоим губам неспешно близить вожделенье,

Слегка касаться их, твое дыханье пить.

Твои зрачки расширить жарким возбужденьем,

Глаза огромные в кошачьи превратить.

Ты избегаешь в целомудренной тревоге

Прикосновений, но от них румянец твой.

Все реки юга под твои плеснулись ноги,

И коготь моря затупился под рукой.

Пугливый новичок, игривый жеребенок,

Резвишься, глупенький, в искрящихся песках.

Я говорю тебе, что ты красив и тонок,

А ты смеешься, вертишь ракушку в руках.

Встает рассвет с его рабочим мерным гулом,

И всяк спросонья проклянет свои труды.

Волна прибоя гладь морскую всколыхнула,

Твой взгляд опять ловлю я в зеркале воды.

*** * ***

На берег ступишь с расцарапанным коленом,

Пресыщенный, расположишься на песке.

За этот день в тебе случились перемены:

Ты свеж, но взгляд блуждает где-то вдалеке.

В автобусе ты спал, распущенной девчонке

Доверчиво на бедра голову склонив.

О, не рассказывай мне больше о ребенке,

Приемном сыне Граций. Хватит. Я ревнив.

Кибела⁽¹⁾ в Атисе зажгла огонь злосчастный.

Любовь от роскоши к беде стремится часто.

Душа летит туда, где расцвела сирень.

Мгновенье растяну, от вечного проклятья

Спасая память. Лишь падет ночная тень,

Твой ропот, чудище, душу в своих объятьях.

*** * ***

Я не хочу нарушить твой спокойный сон

И, в восхищении и страхе беспричинном,

Смотрю, как нежные черты уже морщины

Готовы исказить. Проклятый рок времен!

Я мучаюсь. Я жажду задержать мгновенье,

Чтоб волчий сон твой стал податливым, как воск,

Чтоб тело сохранило дивный юный лоск,

И чтоб лица не изменялось выраженье.

Всегда в развитии, всегда в обличьи новом,

Самим себе чужими делаемся вдруг.

Поверь, я знаю, разорвать порочный круг

Ненужных перемен возможно только словом.

Итак, не далее, чем завтра, призрак ночи

Жестокие навяжет правила игры,

Раскидывая пятна, впадины, бугры

По нежной коже. О, прости, я лишь пророчу.

Но нет, пускай земное совершенство хрупко,

Мне дан художника-убийцы страшный дар --

Обманывать богов, что варят свой нектар

Из наших жалких и бессмысленных поступков.

*** * ***

Я не могу на отдаленьи быть сегодня,

«Расстанемся, прощай, -- сказав позавчера, --

Ты слишком дорог мне, распущенный негодник.

Тебе же страсть моя -- забавная игра.»

Я плакал, я рыдал бессонные две ночи,

Я небо умолял забвение послать.

На дне моей печали образ твой не хочет

Уйти в небытие. Мне остается ждать.

«Итак, все кончено? Прекрасно. До свиданья!» --

Посвистываешь, обрекая на страданья.

Стою, растерян, меж неоновых огней.

Капризная любовь! Укрывшись за фонтаном,

Я все смотрю, тебе желая долгих дней,

Как ты перед дружками корчишь бонвивана.

1. Кибела -- фригийская Великая Богиня, греческим аналогом которой является Рея. Ее жрецы -- корибанты, первым из них был Атис.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Жан Сенак

Уроки Эдгара (фрагменты)

От переводчика

* * *

* * *

* * *

* * *

Speaking In Tongues
Лавка Языков

Уроки Эдгара
(фрагменты)

*** * ***

*** * ***

*** * ***

*** * ***