Speaking In Tongues
Лавка Языков

С.Г.Коровина

(ЗабГПУ)

ЖЕНСКАЯ ТЕМА В РОМАНЕ
АМЕРИКАНСКОЙ ПИСАТЕЛЬНИЦЫ ЭМИ ТАНЬ «ЖЕНА КУХОННОГО БОЖКА»

Второй роман Э.Тань «Жена кухонного божка» (1991) так же, как и «Клуб радости и удачи» (1989) является автобиографичным, так как в героинях угадываются автор и её мать. Основная проблема произведения -- трудности во взаимоотношениях между матерью Вэйли «Винни» Цзян, иммигрировавшей из Китая в 1949 году, и дочерью, Пёрл, родившейся в Америке.

Роман написан в форме исповеди. Повествование ведется от первого лица: в первых двух главах дочь рассказывает о современных событиях и проблемах в общении с матерью; затем Вэйли начинает историю своей жизни в Китае, и с этого момента действие стремительно набирает темп. Использование автором формы исповеди матери перед дочерью является, на наш взгляд, очень удачным композиционным приемом и придает всему произведению оттенок интимности.

Название романа связано с именем Цзян Вэйли, её нелегкой судьбой. Не случайно Э.Тань в начале произведения вводит притчу о кухонном боге и его жене, которую рассказывает мать Пёрл своим внучкам, Клео и Тессе, после того, как они увидели изображение этого бога в китайском алтаре тетушки Ду.

Это притча о том, как неблагодарный и беспутный человек и его любовница выгнали из дома законную жену. В наказание «Нефритовый император» (т.е. Бог -- С.К.) сделал его «кухонным божком», который должен быть духом очага в каждом доме, а под Новый Год докладывать Богу обо всех делах людей, хороших и плохих. В соответствии с его докладом «Нефритовый император» одаривает или наказывает каждую семью.

Исповедуясь перед своей дочерью, Вэйли рассказывает о своей горькой жизни в Китае, обо всем, что ей пришлось выстрадать, начиная с шестилетнего возраста, когда ее бросила мать в доме отца, а девочку сослали из Шанхая на остров, чтобы она не напоминала отцу о «недостойном» поступке ее матери. Но несчастливое детство является лишь прологом к невыносимо тягостной семейной жизни с ненавистным мужем-извращенцем по имени Вэнь Фу. Вэйли похоронила одного за другим троих детей, причем дочку -- по вине своего жестокого супруга. Она сама называет себя «женой кухонного божка», забытой всеми и не надеющейся на лучшую жизнь:

«Когда родился Иисус, он уже был сыном Господа. Я же была дочерью того, кто сбежал с позором. И когда Иисус страдал, каждый поклонялся ему. Но никто не почитал меня за то, что я жила с Вэнь Фу. Я была как жена кухонного божка. Ее тоже никто не почитал. Он получал все извинения. Он получал все почести. А она была забыта.»⁽¹⁾ ([1], с.322 )

Э.Тань верно вскрывает причины такого отношения к женщине в приверженности конфуцианским канонам морали. В лице Вэйли автор обвиняет китайское общество в возвеличении Конфуция и его учения: «Я не знаю, почему все думали, что Конфуций был таким хорошим, таким мудрым. Он заставлял каждого смотреть свысока на кого-то другого, женщины же были ниже всех.» ([1], с. 123)

Китайскую женщину воспитывали в слепом повиновении мужу, главным ее достоинством считалась покорность:

«Глаза девочки никогда не должны быть использованы для чтения, а только -- для шитья. Уши девочки никогда не должны быть использованы для выслушивания идей, а только -- приказаний. Губы девочки должны быть очень маленькими и раскрываться только для того, чтобы выразить восхищение или испросить одобрения.» ([1], с. 121)

Вэйли отмечает, что несправедливо обвиняла мать Вэнь Фу «за то, что она родила его, за то, что предупреждала все его желания, как будто она была его служанкой.» ([1], с.325) Действительно, Вэйли тоже была воспитана в китайских традициях, а, обвиняя мать Вэнь Фу, она тем самым как бы оправдывала общество, в котором возможно такое презрительное отношение к женщине:

«И, может быть, это было неправильно с моей стороны -- обвинять другую женщину в моих собственных несчастьях. Но я так была воспитана -- никогда не критиковать мужчин или общество, которым они правят, или Конфуция, этого ужасного человека, создавшего это общество. Я могла лишь обвинять женщин, более боявшихся, чем я.» ([1], с.325)

Убежав от Вэнь Фу, Вэйли бросила вызов обществу, конфуцианской морали. Она провозгласила право женщины на любовь и счастье. За это Вэнь Фу жестоко наказывает ее -- требует посадить в тюрьму. Судья приговаривает Вэйли к двум годам лишения свободы за то, что она сбежала от мужа и взяла с собой сына. Вэнь Фу думал, что, испугавшись, жена будет умолять его о пощаде. Он предлагает ей вернуться домой. Но ответ Вэйли свидетельствует о мужественном и несгибаемом характере героини:

«"Я лучше буду спать в тюрьме на голом полу", -- услышала я себя, произносящей громким голосом, -- "чем войду в дом этого человека!". По комнате пронеслась волна удивления и смеха. Таким образом, ты видишь, в конце концов, именно Вэнь Фу был унижен. И когда они уводили меня, я улыбалась.» ([1], с. 477)

Э.Тань использует точный прием, изображая героиню слышащей свои слова со стороны: она тем самым подчеркивает растерянность героини и трагизм данного момента в ее жизни, но ответ Вэйли свидетельствует, что даже в бессознательном состоянии она была полна решимости бороться за свое достоинство. Вэйли готовится выехать в США к своему любимому человеку Джимми Лю, американцу китайского происхождения. Но Вэнь Фу выслеживает ее и насилует за неделю до ее отъезда. Это происшествие было причиной страданий Вэйли в течение последующих сорока лет. Она скрывала, что Пёрл является дочерью Вэнь Фу. Боязнь признаться в этой страшной тайне ставит непреодолимую преграду в отношениях между матерью и дочерью. Исповедь Вэйли становится тем мостом, который соединит и примирит их вновь. Пёрл же тоже открывает матери свою тайну, то, что она тяжело, неизлечимо больна рассеянным склерозом. Это знали все, за исключением Вэйли. После взаимных исповедей две женщины, родные и далекие одновременно, вновь обретают друг друга. Это произведение воспринимается как подлинная история жизни близких нам людей.

Думается, что замена «Кухонного божка» в алтаре тетушки Ду на богиню милосердия (Lady Sorrowfree) символизирует примирение матери и дочери и надежду на то, что женщины в этой семье больше не испытают тяжелой судьбы своих предшественниц.

Это следует из слов Вэйли, обращенных к Пёрл:

«Но иногда, когда ты боишься, ты можешь поговорить с ней. Она выслушает. Она омоет слезами всю твою грусть. Она прогонит своей клюкой все плохое. Посмотри на ее имя: Богиня милосердия, счастье, побеждающее горечь, никаких сожалений в этом мире. А сейчас помоги мне зажечь три палочки с благовонием. Дым унесет наши желания на небеса. Конечно, это только суеверие, только для развлечения. Но посмотри, как быстро поднимается дым -- О! Даже быстрее, чем мы смеемся, поднимая наши надежды все выше и выше.» ([1], С.532)

Таким образом концовка произведения проникнута жизнеутверждающим оптимизмом и верой в счастье. Пико Лайер верно замечает, что «Тань вновь превзошла себя, одержав победу над духами и ожиданиями, вызванными ее великолепной первой книгой.» [2]

На наш взгляд, женская тема в творчестве писательницы приобретает жизнеутверждающий оттенок.

1. Аmy Таn. Тhe Kitchen God's Wife. Ivy Books. Published by Ballantine Books. New York. 532 p., 1991

2. Рico Lyer. The Second Triumph of Amy Tan. Time, June 3, 1991, p.67.

1. Здесь и далее перевод С.Коровиной.

Speaking In Tongues Лавка Языков

С.Г.Коровина

ЖЕНСКАЯ ТЕМА В РОМАНЕ АМЕРИКАНСКОЙ ПИСАТЕЛЬНИЦЫ ЭМИ ТАНЬ «ЖЕНА КУХОННОГО БОЖКА»

Speaking In Tongues
Лавка Языков

ЖЕНСКАЯ ТЕМА В РОМАНЕ
АМЕРИКАНСКОЙ ПИСАТЕЛЬНИЦЫ ЭМИ ТАНЬ «ЖЕНА КУХОННОГО БОЖКА»