Speaking In Tongues
Лавка Языков

Александр Турчин

К ВОПРОСУ О
«ПЕРИОДЕ ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО НАКОПЛЕНИЯ КАПИТАЛА»
И О СЕГОДНЯШНЕМ МОМЕНТЕ

I

Уважаемая редакция!

Пишет Вам студент-гуманитарий, поизучавший и даже, как мне кажется, кое-что изучивший на сегодняшний день в области философии и политической экономии. «Заучившийся» на столько, что, оглянувшись вокруг себя и полистав отечественные газеты и журналы, вдруг неожиданно обнаружил -- «проснулся», -- что, как говорится, «в действительности всё не так, как на самом деле»...

ПОСТАНОВКА ВОПРОСА

«Мы живём в эпоху дикого капитализма, в эпоху первоначального накопления капитала! -- Данное суждение мы слышим сегодня на каждом шагу. -- Отсюда и криминальность сегодняшнего бизнеса, и бандитизм, и отцеубийства, и детоубийства и т.д. и т.п. Вот закончится этот первоначальный период развития капитализма, перейдём к следующим его этапам и наша жизнь нормализуется, очистится от скверны...» -- При этом под словосочетанием «период первоначального накопления капитала» подразумевается появление и сосредоточение богатств -- денег, к примеру, -- в руках того или иного индивида. Все так и представляют: гражданин -- самый благообразный пример -- торгует, торгует на базаре или в арендуемом им киоске, копит, копит денежки, свой первоначальный капитал, а потом, смотришь, и пароход покупает или -- контрольный пакет акций какого-нибудь предприятия, и вот уже это предприятие, этот бизнес будет приносить ему доходы, другие капиталы, уже не первоначальные... Ведь так?..

Однако я утверждаю, что с действительным периодом первоначального накопления капитала -- как реальным историческим процессом, так и научным понятием -- наша сегодняшняя жизнь не имеет совершенно ничего общего. Ну и что? -- скажете Вы. -- Какое это имеет значение? Назовите хоть «чёртом» и т.д. ...

Дело в том, что если на самом деле наше общество нынче никакого первоначального накопления не переживает, то на каком основании нам ожидать завтрашнего наступления последующих этапов капитализма, с какой стати верить в наше светлое капиталистическое будущее? Терпеть, ждать и гадать: когда же оно нас облагодетельствует? С момента августовской революции 1991 года прошло уже с добрый десяток лет. Разве этого срока при нынешних темпах общественного развития -- ведь не в средневековье же мы живём! -- не достаточно, чтобы следующий за первоначальным накоплением этап (вложение капитала в производство) хотя бы замаячил на горизонте в своих общих чертах? -- Вот в чём главный вопрос современности.

ЧТО ТАКОЕ «КАПИТАЛ»?

О понятии «капитал» у всех рассуждающих на эту тему представление чисто абстрактное, т.е. -- очень важное пояснение -- совершенно одностороннее. -- Как правило, под «капиталом» понимаются деньги; некоторые знают, что капитал -- это и основные фонды, т.е. заводы, фабрики, корабли, недвижимость; знают, что в форме капитала может выступить и извлечённое со дна морского сокровище -- кувшин с золотыми монетами. -- Т.е. разновидности, различные формы, которые то тут, то там принимает в своём движении капитал известны очень и очень многим. Но вот что представляет из себя та суть, та материя, которая и превращает в тех или иных случаях корабли, заводы и сокровища в капитал -- мало кто угадает, мало кто правильно ответит.

Капитал в своей сути есть общественное отношение -- отношение между людьми в процессе общественного воспроизводства. Или: взаимоотношение (если хотите, если такие термины Вам понятней) между людьми в процессе функционирования общественно-экономической жизни (можно сказать и «социально-экономической», как везде и пишут, но -- не люблю я этого английского слова; никому ведь не приходит в голову произносить в данном случае «коммунально-экономической», используя французское слово, а почему мы должны говорить по-английски, если есть русское прилагательное того же значения?!). Это общественно-экономическое отношение основывается на частной собственности, которая у одного человека имеется в наличии, а у другого -- нет. Можно было бы сказать просто: на собственности. Можно было бы, да «бы» мешает. Потому что собственность так же как и капитал, так же как и всё сущее в нашем бренном мире -- будь то явления природы или общества -- точно так же находится в движении, тоже носит то один, то другой характер, принимает те или иные формы. Так, у меня есть кожаный пиджак (по словам отца -- весьма представительный; мать купила его в second-hand и покрыла китайской краской для кожи), я ношу его на переломе лета и осени как верхнюю одежду -- что это, личная собственность или частная? А? Что Вы говорите?.. Правильно: когда я его только ношу, только потребляю как одно из средств собственного существования -- личная, но, если я сдам его в аренду -- ну, на свидание сбегать бедному сокурснику, он мне 2 рубля, я ему пиджак на вечер -- то пиджак превратится в собственность частную, потому что я, его владелец, получу прибыль. Так что же такое капитал как общественно-экономическое отношение? Капитал как отношение между людьми есть господство -- вот она, та субстанция, как сказал бы Спиноза, та материя, о которой я упомянул несколько выше! -- господство овеществлённого труда над живым. Не понятно? Я расшифрую. Мой кожаный пиджак как раз и является овеществлённым трудом -- какой-то человек трудился, трудился над кожаной тканью, представляя в своей голове пиджак, и -- не напрасно, в результате выдал добротную вещь, овеществил свой труд.А мой сокурсник, которому я мог бы сдать эту вещь на вечер за 2 рубля, есть не что иное как «живой труд» -- человек, которому эти 2 рубля надо ещё заработать, потрудиться, чтобы попользоваться моим пиджаком. Понимаете? Таким образом, в данном случае мой пиджак господствовал бы над бедным студентом, но т.к. пиджак принадлежит мне и именно я получил бы 2 рубля за то, что он повисел на плечах того парня, то вместе с пиджаком как моей частной собственностью над этим парнем погосподствовал бы и я. Не так ли?.. Конечно, 2 рубля не бог весть какие деньги, но Вы ведь и сами знаете, что всякий господин капиталист скажет на этот счёт: «Курочка по зёрнышку клюёт и сыта бывает».

Хорошо. Если капитал есть не что иное как господство одного человека над другим, то о каком научном понятии «периода первоначального накопления капитала» может вообще идти речь -- что тут, в этом отношении господства одного человека, имущего, над другим, неимущим, может накапливаться? Может ли вообще что-нибудьнакапливаться во взаимоотношении между людьми? Да ещё в виде первоначального накопления? А потом, значит, и в форме последующих ступеней накопления? Не бред ли это сивой кобылы, по одному из любимейших выражений моего деда?..

ЧТО ЕСТЬ«ПЕРИОД ПЕРВОНАЧАЛЬНОГО НАКОПЛЕНИЯ КАПИТАЛА»?

Как известно и как -- я надеюсь -- Вам, читатель, стало понятно из моего, к сожалению, не совсем точного примера с однокурсником и пиджаком, основным условием -- ведь на пустом месте никогда ничего не произрастает -- основным условием капиталистического производства является существование свободных наёмных рабочих. Свободных рабочих в двояком смысле: они сами не принадлежат непосредственно к числу средств производства, как рабы, крепостные и т.п., но и средства производства не принадлежат им, как это имеет место у крестьян, ведущих самостоятельное хозяйство; напротив, они свободны от средств производства, освобождены от них, лишены их. Капиталистическое отношение предполагает, что собственность на условия осуществления труда отделена от рабочих. Следовательно, первоначальное накопление есть не что иное, как исторический процесс отделения непосредственного производителя от средств производства. Экономическая структура капиталистического общества вырастает из экономической структуры феодального общества. Разложение последнего освобождает элементы первого. Такое накопление наличествует при переходе от ремесла к капиталистическому производству. Оно называется первоначальным накоплением, потому что оно -- не исторический результат, а историческая основа специфически капиталистического производства. Будут люди, которым нечего продать на рынке, кроме своих рабочих рук, с одной стороны; будут люди, которые могут купить их рабочую силу для её производительного использования, с другой стороны, -- будут и наёмные отношения между людьми. Исходным пунктом развития, создавшего как наёмного рабочего, так и капиталиста, было рабство рабочего. Развитие это состояло в изменении формы его порабощения, в превращении феодальной эксплуатации в капиталистическую. Чтобы такие люди, свободные рабочие, с одной стороны, и нанимающие их капиталисты, с другой, появились, необходим был целый период накопления таких людей -- исторический период первоначального накопления капитала, накопление имущих и неимущих, накопление товарного отношения между ними. В этой истории накопления отношения найма между людьми целую эпоху составляют перевороты, которые служили рычагом для возникающего класса капиталистов, и прежде всего те моменты, когда значительные массы людей внезапно и насильственно отрывались от средств своего существования и выбрасывались на рынок труда в виде пролетариев. Экспроприация земли у сельскохозяйственного производителя, крестьянина, составляла основу всего процесса. Её история в различных странах имеет различную окраску, проходит различные фазы в различном порядке и в различные исторические периоды.

Вся эта «теория гвоздя» не выдумка, а наука, эта теория -- достижение политэкономии, принадлежащей всему человеческому роду и не одну сотню лет разрабатывавшейся далеко не худшими умами человечества, начиная от Адама Смита, а, может быть, и раньше...

Сегодня в России мы имеем массу неимущего населения, непосредственных производителей, единственным товаром которых являются их рабочие руки, их труд. Эта масса была накоплена за годы так называемой Советской власти. Не понятно? Я поясню. Дело в том, что никакого социализма в нашей стране не было -- все «научные» разговоры о нём были просто бессовестным обманом со стороны так называемой КПСС. В качестве периода первоначального накопления капитала было произведено превращение свободных крестьян в пролетариев (на словах называвшееся «ликвидацией кулачества как класса», а на деле реализованное как физическое уничтожение немалой части собственного народа) -- в пролетариев, которых само государство как «идеальный совокупный капиталист» и нанимало на строительство крупного промышленного производства (если не брать здесь во внимание ГУЛаг и его великую роль в этом процессе). В «советском» Союзе общественный способ производства представлял из себя не что иное как государственный капитализм с господством партийной и хозяйственной бюрократии. Именно государственный капитализм привёл к таким результатам -- если говорить только о нашем Приморском крае -- как Лучегорская ГРЭС, «Дальполиметал», «Спасскцемент», «Прогресс» и «Аскольд», целый ряд владивостокских заводов, «ДВМП», «Дальморепродукт» и другие «морские» компании, рисосеющие совхозы, «Пивоиндустрия Приморья» и т.д. и т.п., всего тут не перечислить. -- Именно государственный капитализм создал все эти гиганты промышленной индустрии как преддверие, без которого в дверь социализма отсталой России попасть было никак не возможно -- создал как материальное условие, залог будущего социалистического расцвета. Но вот беда: ничто не вечно под Луной, всё приходит в этот мир, чтобы «расцвесть и умереть». И государственный капитализм, свершив свой «русский» путь развития, вступил в стадию перепроизводства как рабочих мест, так и паразитировавших на них единоначальников -- вступил в стадию своего разложения. Тут-то и был упущен момент сознательного перехода к первой фазе коммунизма, т.е. от государственной собственности на средства производства к общественной (т.е. коллективной) -- в экономической области, и государства в собственном смысле слова к самоуправлению народа посредством самого трудового народа -- в политической. Вместо этого -- в силу глубины общественно-экономического падения -- августовская революция 91-го года привела к приватизации всех богатств (ну, не всех, конечно же, не всех, потому что есть и такие, которые -- как бы ни было велико желание Березовских и их «прихватизировать» -- приватизации просто не поддадутся по самой своей степени обобществлённости труда и производства, по самой своей природе и характеру: железные дороги, например...), привела к приватизации богатств, созданных трудом всего народа, -- к приватизации, вылившейся на деле в силу современныхисторических условий в разграбление общенационального достояния, растаскивание его по частям, по своим «личным огородам», в использование его в частных целях прежде всего теми, кому оно при этой треклятой КПСС и принадлежало на деле (только без юридического оформления), т.е -- бюрократами.

ПЕРЕЙДЁМ К СОВРЕМЕННОСТИ

Так в какую же эпоху мы, россияне, сегодня живём? На каком этапе общественно-экономического развития, на какой ступеньке этого удивительного шествования человечества от первобытнообщинного коммунизма к коммунизму высокоразвитомунаходится наша исстрадавшаяся Россия? Оказывается, отнюдь не в эпоху первоначального накопления капитала -- её мы уже, слава богу, пережили. А сейчас мы существуем в «смутное время» -- это никакая не эпоха и даже не период, а всего лишь переходный момент, момент осознания людьми, всем обществом тех принципов, на основании которых расцветёт не в столь уж и отдалённом будущем способ производства, идущий на смену загнившему. Сегодняшнее обогащение отдельных представителей нашего общества представляет из себя не накопление капитала, а «ловлю рыбы в мутной воде» со стороны нечистоплотных, безнравственных, а зачастую и малообразованных людей. Мы сегодня переживаем момент перехода от государственного капитализма с господством единоначальников к социализму или -- по крайней мере -- к государственному капитализму с господством самих непосредственных производителей (не потому ли нас всех сегодня так и тянет называть друг друга не иначе как«господами»?). Вот только мы сегодня стоим в самом начале осознания необходимости данного перехода. Диалектика здесь заключается в том, что в основе развития человеческого рода лежит не сознание, не разум, а стихийное развитие экономики -- другими словами: в том, что разум всегда отстаёт от развития материального условия существования общества -- производительных сил и производственных отношений.

Следует ли нам, широким, даже широчайшим -- загляните в статистику -- слоям неимущего населения, ожидать от развития нашего сегодняшнего частно хозяйственного капитализма во главе с жалкой кучкой богатеев-олигархов, которые и стали-то богатеями не потому, что умнее нас, а потому, что и до этого господствовали над нами как высокопоставленные начальники (ну, если не они, то их родственники, если не их, то родственники ближайшего друга -- как в случае со ставшим знаменитым сегодня Романом Абрамовичем), -- следует ли нам сегодня ожидать некоего частно-капиталистического расцвета нашей экономики и нашей нации, возможен ли он по объективным, т.е. не зависимым от нашего сознания и воли, обстоятельствам? Следует ли нам ожидать «капиталистического рая» -- «В аду решили черти строить рай»(Высоцкий), -- в котором имущий гражданин нанимает неимущего и господствует над ним? Где один человек покупает другого, как это сегодня уже вовсю и происходит? Где другой человек продаёт себя, скрипя сердце, первому -- и при этом обоюдно «благоденствуют»?

Что с того, что мы с Вами, неимущие, приватизировали свои жалкие клочки приусадебных участков, свои двух-трёх-комнатные квартирки в домах казарменного типа и заимели личные автомобили -- товаром-то всё равно они не могут стать, мы так и не сможем выбросить их на рынок для извлечения прибыли и, таким образом, «заделаться» представителями среднего класса, потому что наши участки и наши квартирки являются предметами нашего собственного потребления. Средствами нашего собственного существования, нашей личной собственностью. Что же нам тогда делать, чтобы превратиться в средний класс -- ведь именно этого превращения так требуют от нас сегодня эти бесстыжие господа власть имущие? Идти на «большую дорогу», как некоторые подлецы или тёмные люди и поступают? Идти «воевать албанцев и чеченцев», как некоторые и делают от безысходности? Или всё-таки имеются объективные материальные предпосылки нашего превращения в средний класс, да только вот я их, к сожалению, не вижу?.. А если не имеются, то чего же тогда всех нас ожидает не сегодня, так завтра? Как нам жить? Как учиться? Я, например, извините за нескромность, хочу учиться после института дальше, в аспирантуре, -- да, чтобы не стать «пушечным мясом» на Северном Кавказе, ведь это именно тихоокеанских «чёрнобушлатников» («Сегодня сказали на людях: умрите геройски!», Высоцкий) всё гонят и гонят на западный фронт, -- хочу учиться в аспирантуре, но где я смогу брать по 2000 условных единиц ежегодно для оплаты данного «удовольствия»?! У Сороса? У Фокса? Ну, одному-другому они дадут, а как быть остальным представителям моего поколения, всему остальному студенчеству? Тысячам, миллионам людей?.. Общество не успело ешё осознать необходимость перехода к господству непосредственных производителей и потому продолжает терять почву под ногами, по-прежнему катится к пропасти -- к пучине экономической разрухи, голода, войны или -- вместо всего этого -- распада России, растаскивания её по частям «международным сообществом». А государство в собственном смысле слова, этот бессмысленный паразитический нарост, не только не может ничем помочь своему народу в силу своего вырождения, но и, напротив того, само, с настырностью чокнутого, подталкивает и подталкивает общество к этой трагической яме. Вместо того, чтобы пропагандировать, поддержать ростки нового общественного сознания, того сознания, которое только и сможет вывести нас, заблудших, из этого «тёмного леса», из этого «смутного времени», из этой полосы дикого уничтожения крупного производства, созданного дедами и отцами,-- ростки нового общественного сознания в виде, например, «Партии самоуправления трудящихся» Святослава Фёдорова, -- вместо того, чтобы поддержать, власть имущие всячески замалчивают их, делают вид, что их просто не существует, хотя в действительности вся «Микрохирургия глаза» и принадлежащий ей совхоз в Подмосковье, и конезавод -- все эти производства (и что там у них ещё есть?) основываются не на чём ином, как на самоуправлении ассоциированных непосредственных производителей, без бюрократии как таковой. Замалчивают, зная, что только до тех пор, пока «смутное время» не прояснится, -- до тех пор только и будет у них возможность обогащаться, возможность не работать, а всё иметь.

И до тех пор, пока мы, россияне, не осознаем, что никакого частно-хозяйственного капитализма нам «не светит» -- для страны это давно пройденный этап, -- до тех пор, пока трудовые коллективы не возьмут в свои руки своё собственное производство,до тех пор мы так и будем перебиваться с хлеба на квас. Или -- вообще перестанем существовать, дождавшись того чёрного момента (вот это будет действительно чернота! «чёрному вторнику» и «чёрному августу» с ней не тягаться!), когда наши «любимые и бедные начальнички» всё растащат и развалят.

г. Владивосток

Н. Инсаров, политолог.

II

Уважаемая редакция!

По поводу статьи В. Ступишина, спора («ЛГ», № 43-45), разгоревшегося вокруг неё и о самом предмете спора -- «борьбе с терроризмом».

Подойдём к вопросу научно, определим понятие «война». Вот отрывок из одного моего сочинения (речь здесь идёт именно об агрессии, о войне неправедной -- это во-первых, а во-вторых: не о нынешней чеченской кампании, а о предыдущей, грачёвской).

1.

Что же такое война? Почему, испытывая от неё одни только лишения, люди вновь и вновь развязывают её? Для чего?

Когда-то война родилась как единственная возможность добыть много пищи -- настрелять, а точнее: набить, нарезать мяса. Расплодившись, древние люди, ничего ещё не умея производить, «подобрали» всё съедобное вокруг своего места обитания и принялись поедать друг друга, т.к. не было у них средств передвижения, при помощи которых можно было за полдня переместиться хотя бы за три сотни километров -- туда, где было мало людей и много дичи. Да и представления о богатых землях -- о «земле обетованной» или о «беловодье» -- у людей тогда ещё не было. Так что война явилась на свет божий как экономическая необходимость -- вполне закономерно, родилась как явление, без которого человечество просто не выжило бы. С развитием общества -- с разделением труда, с отчуждением от непосредственного производителя всё большей и большей массы продукта, всё большего и большего богатства, зачастую приобретающего бесполезный с точки зрения удовлетворения будничных человеческих потребностей характер, -- например, богатейших запасов всевозможных вооружений, -- в процессе развития общества война только конкретизировалась как средство для разрешения экономических противоречий, а с возникновением государственности стала ещё и способом решения политических столкновений, хотя в основе этих последних лежат, конечно, всё те же экономические проблемы. Так что о случайности, о глупости войны, которую нужно только сознать, отвергнуть -- и прекратятся войны, не может быть и речи. Государства развязывают агрессии только во благо сильных мира сего -- владельцев избыточного продукта общественного производства и самих иерархов, рассевшихся на ветвях государственного древа, как птички в раю. И тут принцип старый, как мир: разделяй и властвуй. Кому ещё, кроме них, нужны государства и государственные границы, правильные и неправильные религии -- истинные веры, -- идеологии, противоречащие «нашей»; кому нужно это пресловутое отстаивание общенациональных интересов?! Конечно же, не тем людям, которые выращивают хлеб, вырабатывают электричество, открывают новые формы материи и творят нетленные духовные ценности. Господа всегда находят себе оправдание в том, что народ в массе своей инертен, невежествен и неспособен. Что ж, оправдание оправданием, как-то же нужно спасать своё «доброе имя». Но зачем же вешать народу на уши лапшу про то, что общественные отношения очень запутаны, во многом не понятны или -- того хуже -- что человек зачат во грехе, во грехе и погибнет, или -- что также никуда не годится -- быть тебе богатым или бедным зависит от расположения звёзд на небе в момент твоего рождения, или -- вообще отвратно по своей гнусности -- что способности твои зависят исключительно от твоих предков, от того, что заложено в генах! -- Какие, к чёрту, гены, когда академик А.И. Мещеряков, взяв в роддоме первых попавшихся слепоглухонемых младенцев, вырастил из них не просто полноправных самостоятельных членов общества, научившихся и видеть, и слышать, и говорить, оставаясь по-прежнему инвалидами, -- а даже достойных представителей человеческого рода, занявшихся наукой психологией и продвинувших её дальше вперёд! Почему господа прямо не заявляют, что и инертность, и невежество, и отсутствие способностей у массы народа -- прямое следствие общественного разделения труда и такого его момента как разделение на исполнителей и руководителей, в наше время получившее даже теоретическое обоснование (примером может послужить «достижение» некоторых учёных, уверяющих, что лишь 6% населения земного шара от рождения наделены способностями к творческой работе, а остальные 94 -- самой природой обречены быть «репродуктивами», т.е. способными лишь на бездушное повторение заученных операций по правилам и инструкциям, которые разработаны для них «умными»)?! Да потому что именно стихийно, не зависимо от воли общества складывающемуся разделению труда господа всех мастей на все 100% обязаны своим -- тем или иным -- положением, своей возможностью ничего не делать, не создавать, ничего не давать обществу, а иметь всё, пользоваться всеми продуктами общественного производства. И именно как отражение этого объективно существующего разделения труда -- разделения, которое общественное мнение не осознало ещё пока в качестве серьёзнейшего человеческого противника, -- как отражение этого объективного факта и родилась данная политическая формулировка: разделяй и властвуй. Примат общего над единичным в силу разделения труда на умственный и физический превращается в примат государства над коллективом. Именно как результат общественного разделения труда когда-то и произошло разделение народов, возникла государственность, эта неимоверная паразитичность, которой ничего не стоит ради сохранения своего господства, время от времени начинающего шататься, вновь и вновь повергать своих подданных в кровавое «людоедство». Проблемы, с которыми борется государство, зачастую и создаются самим же этим наростом, -- он чужд большей части общества и, исходя из своей главной роли (роли защитника интересов и потребностей меньшей, господствующей части), он обрекает на уничтожение представителей именно большинства народа, рядовых граждан. Посредством войны государство снимает свои накопившиеся до крайности противоречия с обществом, с его большинством. Война, агрессия -- это продолжение политики, властвования, это действие власти, не находящей никаких других средств для разрешения общественных противоречий, достигших опасного для неё накала. Уже одно то, что война по своей форме является не чем иным, как уничтожением части народонаселения, является для государства как механизма управления замечательной палочкой-выручалочкой, поскольку: нет человека -- и проблемы нет. Война -- это продолжение политики, господства. Развязывают её сильные мира сего тогда, когда не видят другого способа удержать власть в своих руках. Возьмите «конфликт» с Чечнёй. Чем является эта бессовестная экспансия, это уничтожение жителей Грозного -- и чеченцев, и украинцев, и русских, -- как не насаждением собственной власти центром российской государственности -- собственной власти над решившим обрести самостоятельность народом?! Любопытно, что даже это предвидел Ленин, которого сегодня все подряд костерят за слабоумие: « «свобода выхода из союза»... (речь идёт о проекте Конституции -- А.Т.) окажется пустою бумажкой, неспособной защитить российских инородцев от нашествия того истинно русского человека, великоросса-шовиниста, в сущности, подлеца и насильника, каким является типичный русский бюрократ». Война -- это продолжение властвования огневыми средствами, война -- это самое наглое и жестокое из всех политических средств. Поэтому совершенно не правильно говорить, ведя речь о регулировании какого-либо общественного вопроса, что его следует решать политическими средствами, имея в виду -- не военным путём. Господа политики, выражаясь таким образом, сознательно или бессознательно затушёвывают тот факт, что война -- тоже средство политики, средство властвования, -- политикам выгоднее, чтобы общественное мнение всякую несправедливую войну воспринимало как неожиданность, как гром среди ясного неба, как несчастье, неизвестно откуда сваливающееся на головы стариков и детей. Потому что, если не затушёвывать, всякому станет совершенно очевидно, что не только война, но и любые другие политические средства, -- политика вообще является полнейшим отрицанием человека, и человеческое общество вообще развивается -- от низшего к высшему -- через преодоление данного отрицания, прям таки продирается сквозь него.

2.

Теперь я приведу своё письмо (также, конечно же, не опубликованное), отправленное в редакцию «Московского комсомольца», по поводу статьи А. Минкина (№40 за сей год). В заключение он пишет о тех, кто виноват во взрывах многоэтажек в Москве: «Вот бы и нам с тем же холодным, беспощадным равнодушием поймать тех, кто действительно виноват» -- как будто речь идёт об игре в «казаки-разбойники: мол, нас, «казаков», ловили, а мы -- чем хуже? Мол, зуб -- за зуб, глаз -- за глаз.

Тогда как суть дела заключается здесь вовсе не в том, кто кому накостыляет и -- каким образом. А в том, кто виноват. Кто организатор терактов? Может быть, действительно это «проделки» ФСБ, чтобы у правительства был повод возобновить войну с Чечнёй, -- или ГРУ Минобороны, чтобы прибыльная (по А. Минкину) для военных война возобновилась? Что лежит в основе стремления к сохранению во что бы то ни стало российских земель в существующих границах? Само это стремление -- благо? Или Россия всё равно развалится по каким-то объективным, т.е. не зависящим от воли и сознания людей причинам, сколько бы жертв мы, люди, ни приносили на алтарь её территориальной целостности? -- Проблема-то наисерьёзнейшая.

А А. Минкин пишет? «До главного вопроса современности -- «сколько это будет стоить?» -- почти никто не доходит», «В нищем бюджете 1999 года эта война не предусмотрена и МВФ её вряд ли оплатит». Ну и что?..А нужно ли вообще воевать, если мы так ничего, возможно, завоевать и не сможем? Говорят, когда-то в Европе было всего два-три государства, а в Австро-венгерскую империю входила даже территория Швейцарии -- и швейцарцы триста лет боролись за свою независимость.Может быть, нас ожидает такая же перспектива и все наши «российские швейцарии» рано или поздно добьются своей национальной независимости, -- тогда к чему все наши жертвы и лишения? -- вот о чём хотелось бы почитать в газетах, а не о том, на чьи деньги будем воевать и кто разбогатеет на нашей смерти.

3.

Теперь я скажу несколько слов о статье Сергея Баймухаметова («ЛГ», №43), который прямо и без обиняков говорит, что мы, россияне, дошли уже до такого духовногосостояния, которое иначе чем «скотским» не назовёшь. Мы -- не животные, -- говорится в статье, -- мы -- хуже животных, мы «скоты», потому что животные не поедают своих детёнышей, а мы -- отправляем своих на фронт, на «мясорубку». Сергей Баймухаметов совершенно прав! Прав на все 100!

Но он не идёт дальше констатации факта. А зря. Вопрос надо ставить ребром (как бригадир Потапов). Если мы, мужики -- и отцы-правители, и просто взрослое население страны, -- считаем: без Чечни нам не быть, перед нами действительно стоит проблема уничтожения тех, кто оказывает сопротивление на территории данной республики, то -- почему наше государство, наши правители сваливают эту сложнейшую и страшнейшую (во всех смыслах: и в физическом, и в психологическом...) задачу на наших детей?! На тех, кто, может быть, и на местности-то не всегда способен сориентироваться? Зачем?!.. И -- почему? Почему дети должны расплачиваться за ошибки отцов? Какая «свинья» это выдумала, какой «скот»? Давно ведь известно -- ещё из рассказа А. Гайдара «о Кибальчише», -- что по-человечески это делается так: сначала отцы, потом старшие братьтся, а потом уже мальчиши. -- Вот как должно делаться в справедливой, защищающейся от агрессора войне. А так, как у нас, -- это уголовное преступление отцов против своих детей, это детоубийство, за это судить надо. -- Это уже даже не «политика как отрицание человека», а отрицание обществом самого себя, «Аум сенрикё» какое-то, общественное самоубийство. Необходимо немедленно призвать нас, здоровых мужиков, уже поживших, уже повидавших, способных сознательно пойти на смерть ради жизни своих детей.

Правительство не сможет пойти на это? Правительство побоится, что мы, здоровые, грамотные, разбирающиеся в жизни мужики, повернём оружие против него?.. Тем более тогда мы обязаны добиваться такого призыва -- и мужики, и бабы (Комитет солдатских матерей -- господи Иисуси! Везде баб вперёд толкаем! Мужики, до чего мы докатились, до чего дошли, если даже до сих пор и Комитета солдатских отцов не создали-то, ур-роды?! Какое «скотство»! Какой бесстыжий паразитизм! И мы ещё считаем, что имеем право на жизнь? Ещё гордимся собою? Ещё «петушимся»? Ещё газеточки издаём?).

Мы обязаны добиваться такого призыва потому, что с трусливым правительством, с правительством, боящимся своего народа, мы всё равно никуда не придём и нигде и никого из врагов не победим, всё равно окажемся в яме. Промедление -- смерти подобно!

4.

Ну и закончу ответом на вопрос «кто прав: В.Ступишин или его оппоненты?».

Ни тот, ни другой, ни те, ни другие.

Здесь я поддержу А. Яковлева (тот же №«ЛГ»). И обращу Ваше внимание на следующий момент из его интервью: нужно «искать несовершенства в нашем государственном устройстве» -- вот главное, вот где собака зарыта. И добавлю: что их искать, они давно найдены, их нужно убрать, уничтожить -- все несовершенства, да и само государство в собственном смысле слова. Вопрос только в том, каким образом? Как? И кто уничтожит государство-паразит как давно изживший себя механизм управления обществом, а вместо него введёт самоуправление народа посредством самого народа? -- В не столь уж далёком будущем (кризис-то государства в собственном смысле слова день ото дня усугубляется, и другому не бывать -- оно рано или поздно дойдёт до точки) всё равно придётся решать эту задачу, но чем дальше отодвигать решение её во времени, тем большей крови потребуется от всех нас -- и рабов, и господ, всех, вместе взятых!