Speaking In Tongues
Лавка Языков

ВЛАДИМИР ТАСАЛОВ,
доктор искусствоведения
Государственный институт Искусствознания

Открытое письмо АННЕ ГЛАЗОВОЙ,

автору переводов эссе Вилема Флусера
«О проецировании» и «Тело как проект»

Позвольте выразить Вам искреннюю благодарность за это предприятие! Оно открыло мне глубокого и оригинального философа, о котором я до сих пор, к сожалению, ничего не знал, но который новаторски, остроумно и весьма убедительно (что отличает прирожденного мыслителя) идет в этих эссе навстречу не только центральной проблеме новейшей культуры, но, как оказалось, и лично моим заветным теоретическим чаяниям архитектора, эстетика и искусствоведа. Не знаю, Вам самой или чьей-либо подсказке принадлежит счастливая удача выхода именно на фигуру Флусера, но в любом случае - огромное спасибо! Я еще не успел проверить, есть ли его сочинения в московских библиотеках, чтобы познакомиться с ним подробно самому. Дело в том, что в последний десяток лет все отпущенные мне возможности разгадки искусства неотвязно вертятся вокруг того, что я называю «проективным кристаллом формы» -- кристаллом иммагинативного (воображающего) структурирования нами всех форм и законов того мира, которым мы реально живем как существа культуры, а не животные. Я даже специальную главу посвятил сути этого ядра творческого мышления -- в монографии «Светоэнергетика искусства», которая находится сейчас в работе в одном из питерских издательств. В закономерностях и деталях этого «кристалла» мне еще далеко не все ясно, хотя роль такого ядра -- отнюдь не тайна для нововременного художественного сознания; чего стоит, например, одно гениальное эссе Мандельштама «Разговор о Данте». Поэтому я так возрадовался союзничеству Флусера и горько пожалел, что не имел возможности прибегнуть к нему раньше. Не буду пересказывать ход его рассуждений. Но весь концептуальный смысл эпохального перехода «от субъекта к проекту» в его разработке -- как переход от развоплощения пространственно-телесной вещественности мира, включая Я~Тело, к геометрическим, числовым и, наконец, точечно-пустотным параметрам, от которых сегодня набирает силу «обратный» процесс проектирования объектов мира, его законов и устройства нас самих -- представляется мне в своей основе глубоко плодотворным и менее всего надуманным. Как и то, что эссе «Тело как проект» заканчивается красноречивыми фразами о том, что «этим открываются дебаты о соотношении искусства и жизни».

Конечно, при всем восхищении этими двумя эссе я корректировал для себя логику их аргументов со своей колокольни эстетика-искусствоведа.

И как раз тезисы об искусстве проектного жизнестроения в финале «Тела как проекта» -- о том, что «эстетические критерии важнее метаболических», что «мы имеем возможность при помощи искусства выйти из животного состояния» и что в «спроектированном теле» встающий на ноги человек «должен вылупиться из него как из куколки» своей животной «личинки», - я критически корректировал для себя в отношении объективной убедительности их историко-эволюционного масштаба и времени. Для меня этот масштаб заключен не только в столетиях Нового времени (Декарт, возникновение проективной геометрии к т.д.), а охватывает антропогенез человека и начинается уже сотни тысяч лет назад -- с зарождения первых правильностей формы человеческих орудий, затем с геометрически-точечных (и уже «математических») композиций «первобытной графики», начальных «орнаментов» и всех прочих аналогичных феноменов сверх-биологической реальности формы, которые сопровождали уже первые шаги выпрямлявшегося Человека, которыми он заявил о себе эволюции уже как Человек-художник овладевающий «кристаллом» проективного воображения и формообразования. Он уже тогда познал истинную цену их трех главных слагаемых: геометрии, числа и точки, что потом легло в фундаментальную основу творческой культуры всего Древнего мира.

Вот, в чем мое отличие эстетика-искусствоведа от позиции Флусера у которого «помощь искусства» в таком эволюционном масштабе не ощущается (по крайней мере, в этих двух эссе) и возникает, как будто, только в новейшую рубежную эпоху футурологии истории. Да, «антропогенез продолжается», и в эпоху компьютерно-космического ноогенеза современности новому, действительно анти-животному Человеку еще предстоит силой «проектирования» вылупиться из «куколки» своего предшествующего «человеческого» становления. Так я пишу в своем собственном эссе «Человек-художник -- между Богом и Машиной» (опубликовано в томе «Корневище 2000» Института философии, М. 2000), где поразительно для нашей переклички с Флусером, что последний раздел этого эссе так и называется: «Куколка эволюции». Но я не могу отдать мощь идеализующего нас формообразования искусства, роль Человека-художника в жертву якобы одной лишь сплошь предшествующей «борьбы за существование», только за материальность и телесность. Общеизвестно и запечатлено всеми религиями, что непомерное напряжение счастья и трагедии борьбы между плотски-телесным и идеально-прекрасным есть главное содержание всей прошлой человеческой истории.

За всем этим я остаюсь в полном согласии с Флусером не только в том, что наступает действительно эпохально-рубежный этап в истории этой борьбы как этап осознанно-развернутого «самопроектирования» человека и его мира в анти-животном ключе (с чем будет связан новый расцвет искусства), но также всецело и радостно в том, что вообще мир дан нам как подлинно «людям» (и мы сами себе и друг другу) только через энергию самопроектирования, что решающая роль принадлежит бесконечности геометрии, чисел и точек и всей «помощи искусства» как реальности идеализованной формы.

Будет, конечно, крайне жаль, если его сочинений вдруг не окажется в библиотеках Москвы. Получить тогда с Вашей помощью какие-то дополнительные его тексты на «проектную» тему или их копии -- дело, видимо, малореальное. В таком случае я был бы в высшей степени признателен хотя бы за дополнительные конкретные сведения о полных названиях и датах таких его текстов (а в случае какого-то нового параграфа -- и указания страниц, чего в данных двух эссе, к сожалению, нет). В любом случае горячо желаю Вам новых переводческих и творческих успехов на таком или сходном пути. Не исключена ведь возможность и договора с каким-либо нашим издательством на перевод и издание сочинений Флусера...

Еще и еще раз огромное Вам спасибо!

август 2001 г.

Speaking In Tongues Лавка Языков

ВЛАДИМИР ТАСАЛОВ, доктор искусствоведения Государственный институт Искусствознания

Открытое письмо АННЕ ГЛАЗОВОЙ,

автору переводов эссе Вилема Флусера «О проецировании» и «Тело как проект»

Speaking In Tongues
Лавка Языков

ВЛАДИМИР ТАСАЛОВ,
доктор искусствоведения
Государственный институт Искусствознания

автору переводов эссе Вилема Флусера
«О проецировании» и «Тело как проект»