Почта | Главное | Бизнес | Технологии | Медиа | Человек | Отдых и увлечения | Быт | Архив | Наша лента RSS

ВЛАДИВОСТОК - ВЕК НАЗАД

В качестве вступления

Не надо быть архитектором или историком, чтообы заметить, что Владивосток всегда отставал от насущных требований цивилизации, при этом претендуя на "Европу в Азии".Все новации градостроительства доходили сюда с немалым опозданием; задуманное, как правило, не воплощалось, а построенное выглядело старомодным. Это тем более странно, поскольку в области военного строительства во Владивостоке были воплощены самые последние достижения науки и техники. Видимо, такова обычная доля любого "оплота" - быть твердыней для военного люда в ущерб гражданскому населению...

Но город рос, строился, хорошел. Конечно, все познается в сравнении. По крайней мере те, кто высадился здесь в 1860 году, были бы поражены, увидев современный оплот России на Тихом океане. Дело даже не в многоэтажных домах и асфальтированных дорогах - изменилась сама местность. Исчезли реки и леса, засыпаны овраги, срыты сопки, изменились очертания береговой линии. Стало ли от этого человеку лучше - это еще вопрос, как сказал Эйнштейн, узнав об изобретении долгоиграющей грампластинки.

НАЧАЛО

Если начать с самого начала... Первые строения Владивостока появились почти у самого берега бухты Золотой Рог, в распадке между сопками, примерно там, где сейчас стоит здание краевого театра имени М.Горького. Известный этнограф и беллетрист С.В.Максимов, зашедший в 1860 году в порт Мэй, еще не названный Владивостоком, на пароходокорвете "Америка", описывал свои впечатления так: "Порт можно считать лучшим изо всех. Он многим напоминает Ольгу, но только меньше ее, уютнее, но теплее и веселее. Впрочем, те же дубы кругом, те же картинные горы. В низменностях речки журчат, в берегах много ключей бьет. На днях поставленный пост наш, своими белыми палатками, хорошо глядит в группе еще невырубленных деревьев". Именно там, где сейчас находится улица Петра Великого, до недавнего времени носившая имя 1-го Мая, протекал ручей, в котором даже водилась рыба. Основатели Владивостока перегородили его плотиной и брали воду из образовавшегося пруда, поэтому самое первое название этой улицы - Прудовая.

А вообще-то первой и, естественно, главной улицей Владивостока стала Американская. Она была названа в честь уже упомянутого пароходокорвета "Америка". Это было первое российское судно, исследовавшее залив Петра Великого в 1859 году. На борту "Америки" совершал плавание генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н.Муравьев (еще не Амурский). Именно тогда он оценил значение бухты Золотой Рог и повелел основать здесь военный пост, что и было выполнено на следующий год. Первые два-три десятилетия Владивосток с моря был почти незаметен - беспорядочно разбросанные немногочисленные здания, растянувшиеся от Тигровой сопки до примерно нынешней Дальзаводской остановки, буквально терялись среди зелени. Затем в лесу, состоящем из кедра, елей, дубовых и ореховых деревьев, прорубили параллельно берегу просеку, по которой позже и пролегла Американская улица. По "политическим" мотивам в 1873 году она была переименована в Светланскую - дабы увековечить не менее известный фрегат "Светлана", на котором тогда посетил Владивосток великий князь Алексей Александрович.

Что касается леса, то впоследствии многие возмущались его тотальным уничтожением. Правда, еще в 1880-х годах путешественники восхищенно описывали прекрасный уголок окрестностей города - Первую Речку. Ее крутой правый берег утопал в непроходимых зарослях дуба, клена, дикой яблони и груши. Летом и осенью горожане приезжали сюда отдыхать целымикомпаниями и семьями. Но в конце 70-х годов в долине Первой Речки три десятка семейств бывших сахалинских ссыльных образовали как бы колонию. Впоследствии это поселение сомкнулось с городом и стало называться Каторжною слободкой, или просто Каторжанкой. К этой слободке мы еще вернемся, а что касается "зеленого друга", то уже к середине 80-х годов лес на окрестных сопках был подчистую вырублен на протяжении нескольких верст. Широкая порубка тянулась и вдоль берега Амурского залива. Тогда же перед городскими властями впервые встал вопрос о насаждении искусственных скверов взамен безвозвратно утраченного...

Фактически границей "центра" города стал тогда Матросский сад - здесь заканчивалась Светланская улица и начиналась 1-я Портовая, идущая дальше вдоль берега Золотого Рога. Когда-то здесь был глубокий естественный ров, промытый на склоне потоками воды. Первоначально он назывался Машкин овраг - по фамилии поручика Машкина, батарея которого стояла на берегу бухты в этом месте. В 80-х годах прошлого века овраг стал называться Клубным - по выстроенному здесь в 1885 году клубу Морского собрания. Полностью овраг был засыпан лишь в 1892 году.

А в целом весь северный берег Золотого Рога был разбит на отрезки оврагами, остатки которых можно заметить и сейчас: в виде так называемых скверов. Очевидец тех лет подметил, что строения, которые можно назвать городскими, группируются в двух концах - портовом игоспитальном, а промежуток между ними (примерно три версты) изрезан оврагами и "заселен довольно скудно: между редкими строениями вы видите целые пустыри, покрытые колючкой и бурьяном, или заваленные мусором, и еще множество пустующих дворовых мест, огороженных и неогороженных земельных участков... каждый дом, каждая избенка и манзовка стоят себе там, где вздумалось их поставить первоначальным хозяевам". Состояние улиц было ужасным: камни, корни деревьев, ямы и бугры, косогоры и овраги порой позволяли передвигаться только верхом, а пешему надо было проявлять сугубую осторожность. После дождей многие места становились буквально непроходимыми. В общем, черт ногу сломит...

Вот только одно свидетельство, относящееся к 1880 году. "Бестолковая беспорядочность и крайняя разбросанность как строений, так и того, что здесь называется улицами, становится еще поразительнее, когда сам попытаешься пройтись по этим "улицам", взрытым водомоинами, местами загроможденных камнями и крупною галькой. В особенности по вечерам, это опасные капканы, вследствие переплетающихся корневищ, ямин и разных неровностей почвы. Здесь нередки случаи, что люди даже в лунные вечера, спотыкаясь обо все эти предметы, получают вывихи и ломают ребра, руки и ноги". Не следует полагать, что таким образом выглядели лишь какие-то окраинные улицы. Вот, например, выдержка из газеты "Дальний Восток" от 12 марта 1895 года: "Весной и летом от тающего снега и дождей главная улица г.Владивостока Светланская была покрыта такой грязью, что нередко жители города на этой улице оставляли свои галоши. И неоднократно обращались в городскую управу с просьбами и требованиями сделать в нескольких местах по Светланской возвышенные каменные панели".

Что же касается знаменитых владивостокских оврагов, то они являлись как бы естественными границами городских районов, в роли которых выступали тогда слободки. Например, Офицерская слободка, главной улицей которой в 1876-79 годах была Афанасьевская, располагалась между Жариковским и Мальцевским оврагами. Огромный Жариковский овраг выходил прямо к берегу Золотого Рога и был назван по фамилии землевладельца В.А.Жарикова. Его дом, выстроенный в конце прошлого века, хорошо известен всем - в нем теперь располагается Приморская краевая библиотека имени Горького. На месте засыпанного Жариковского оврага теперь располагается сквер на остановке "Дальзаводской".

Мальцевский овраг находился там, где ныне проходит улица капитана Шефнера (вначале она называлась Японской, затем - Авангардной). Его остатки сейчас имеют вид довольно глубокой лощины позади нынешнего Краевого центра народной культуры. За Мальцевским оврагом начиналась Экипажная слободка - с 70-х годов прошлого века земельные участки этого района раздавалмсь матросам Сибирского флотского экипажа. Главная улица этой слободки была названа без фантазии - тоже Экипажной. Зато другие улицы этого района увековечили имена кораблей, на которых служили матросы - отсюда и появились довольно экзотические Ермаковская, Абрекская, Тунгусская, Маньчжурская, Японская... Позже, в 1902 году, городская Дума вынесла решение о запрещении деревянного строительства в центре города. Границей обязательной каменной застройки стал именно Мальцевский овраг, и к тому времени еще существовавший.

Экипажная слободка заканчивалась у очередного, Гайдамакского оврага. Отсюда начиналась главная улица Матросской слободки - Поротовская, названная по фамилии землемера, размечавшего эти участки города. Сам овраг, вместе с идущей вдоль него, вверх по сопке, улицей был назван в честь знаменитого клипера "Гайдамак". В 1881 году городской головы докладывал Думе: "Матросская слободка, это громадная часть города, не имеет прямого сообщения. Зная наши небольшие средства, я обращался к командиру Сибирского флотского экипажа капитану 1-го ранга В.Д.Палеологу, просил его оказать содействие по засыпке рваразделяющего город от слободки и получил полнейшее желание содействовать". Однако одного желания, очевидно, было мало - Гайдамакский овраг был окончательно засыпан только в 1908 году. А довольно обширные остатки его - по традиции - получили название Гайдамакского сквера...

Можно еще добавить, что в районе госпиталя, ближе к берегу Золотого Рога, возникла Госпитальная слободка; выше Матросской - Рабочая слободка, позже перевалившая через сопку в район нынешних Рабочих улиц; а в "верховьях" Жариковского оврага появилась так называемая Нахальная (или Дежневская) слободка - дома строились здесь самозахватом, без разрешения городских властей. Сохранился довольно любопытный документ - доклад городской думы от сентября 1904 года. В нем говорилось: "Летом 1903 года в вершине Жариковского оврага было обнаружено несколько самовольных, недавно начатых и еще не оконченных построек... Городская управа почти в полном составе тогда же обошла с полицией эти места, объясняя строящимся лицам, ... что самовольные постройки подлежат сносу. Одновременно с этим управа просила пристава 1 части иметь наблюдение за тем, чтобы в указанном месте не возводилось построек... Однако эти распоряжения не остановили захватов, число их продолжало расти, распространившись на соседнюю вершину Мальцевского оврага. Всего, таким образом, возникло на обеих вершинах 70 самовольных построек, образовав так называемую Нахальную слободку, или Нахаловку".

Правда, получив Нахаловку, город избавился от Каторжанки (впрочем, лишь от названия). На эту тему тоже есть документ - постановление владивостокской городской думы от 16 ноября 1902 года. Оно гласит:

"Г-н приамурский генерал-губернатор при рассмотрении дела по прошению жителей слободки на Первой Речке... высказал, между прочим, желание изменить название слободки Каторжная ввиду неудобства сохранения такого наименования за частью г.Владивостока в обиду теперешним обывателям этой слободки. Ввиду изложенного управа полагала бы изменить нынешнее название слободки Каторжная и наименовать ее Новинка, на что и испрашивает разрешения городской думы. Постановлено: наименовать слободку Первая Речка."

Городская дума, начавшая свою деятельность с декабря 1875 года, была, конечно, озабочена не только переименованием улиц, но и их состоянием, как и отсутствием плана развития Владивостока. Уже в марте следующего года была назначена специальная комиссия "для обсуждения вопроса относительно исправления и проложения дорог в г.Владивостоке". Она внесла вполне конкретные предложения: сделать удобные подъемы, кое-где срыть косогоры, засыпать некоторые овраги, соорудить подпорные стенки, "в местах по Светланской улице, где придется делать мосты, сделать таковые на каменных столбах с каменными водосточными трубами в виде арки" и даже постановила, "чтобы полотно дорог вообще было не уже шести сажен". Были также предприняты меры для благоустройства городского базара, для насаждения деревьев и устройства деревянных тротуаров вдоль главных улиц. Намеченные работы велись хотя и медленно, но зато упорно и настойчиво.

Особое внимание, что вполне понятно, было уделено Светланской улице.Как я уже отмечал, она в то время была весьма короткой - от перекрестка с Алеутской до нынешнего Матросского клуба. Поэтому городская дума в 1876 году решила: "Улицу Светланскую проводить сначала от Семеновского покоса до нового порта с тем, что если будут остатки в этом году от исправления других улиц, то продолжить ее до соединения с Офицерской слободкой". И лишь в 1907 году Городская управа постановила: "Улицу Светланскую и ее продолжение - Первую Портовую, Афанасьевскую, Экипажную и Поротовскую назвать общим именем - Светланская". Только тогда главная улица Владивостока стала занимать то место в городе, которое занимает и поныне - от Набережной до Луговой. Полностью спрямить ее не удалось, поэтому и до сих пор Светланская повторяет изгибы бухты, напоминая о былых улицах, названия которых остались даже не в памяти людской - лишь в путеводителях. Кстати, к 1910 году она была в основном застроена теми же зданиями, что украшают Светланскую и сейчас.

Вдоль Светланки были насажены скверы, которые в те времена называли садами: уже упомянутый Матросский и Адмиральский, а также зеленые островки у памятников адмиралам В.С.Завойко (ныне на том же постаменте стоит Сергей Лазо), Г.И.Невельскому и вокруг Успенского собора (начало улицы Пушкинской). Наиболее выдающимся среди них был Адмиральский сад.В 1894 году на месте нынешнего Дома офицеров флота было выстроено здание для командующего Тихоокеанской эскадрой. А в 1899 году возле дома командующего возник первый в городе рукотворный сад, тут же прозванный Адмиральским, в котором были высажены специально привезенные из Уссурийской тайги редкие породы деревьев и кустарников. Став после революции "садом профсоюзов", он постепенно превратился в сквер - и по названию, и по размерам.

И Китайская улица (Океанский проспект) в начале века выходила на Светланскую напротив так называемого городского сада, который состоял буквально из десятка деревьев и имел весьма запущенный вид. В своем путеводителе по Владивостоку 1909 года Д.Богданов писал: "Отчасти как на курьез и отчасти как на необходимую вещь укажем на вывешенные в саду правила о благопристойном поведении. Такие правила для русского человека, часто забывающего приличия, положительно необходимы, и за границей это обстоятельство принято к сведению. Так, в заграничных портах, куда заходят русские пароходы на пути из Одессы во Владивосток, в общественных садах имеются вывески о приличии, но как это ни печально, - только на русском языке". В том же путеводителе автор добавляет: "Только на средней площадке сада, где разбит цветник, можно чувствовать себя безопасным в смысле оскорбления нравственного чувства". Как раз в этом саду позже было сооружено разворотное кольцо трамвая, который тогда ходил на Первую Речку по Китайской улице, а не по Алеутской, как сейчас.

Как бы там ни было, а именно в начале века наш город приобрел тот вид, который в общем и целом не оскорбляет нравственное чувство и сейчас. При всей его заброшенности исторический центр Владивостока выглядит гораздо привлекательнее и эстетичнее современных кварталов. Впрочем, это не вина архитекторов и строителей - это тенденции времени...

Иван ЕГОРЧЕВ.

The Far-East Russian Magazine 1996

Читайте также:

Мы живем в Матрице!
Европейская часть России под действием Южного циклона
Как правильно выбрать санаторий, чтобы не прогадать?
Что нужно учитывать, выбирая ПИФ?