Speaking In Tongues
Лавка Языков

Артем Липатов

ВЕРСИЯ ЛИТЕРАТУРЫ
Книжная лавка в Интернете и ее хозяин

Опубликовано в газете «Алфавит» №15, 2000

Дополнено по записи первоначального разговора

Максим Немцов -- один из активных «граждан интернетчиков» (так, кажется, обозвал членов сетевого сообщества в единственном смвоем онлайновом явлении народу первый Президент России). Но мы с ним свели знакомство задолго до эры Интернета, в блаженные времена «подпольной рок-журналистики», когда и я, и Макс были к ней причастны.

Уже тогда он отличался небанальностью взглядов и отличными переводами с английского; первым, помнится, я прочитал блестящее эссе Сьюзен Зонтаг «Против интерпретации», затем в Москве появились переплетенные максовы переводы книг «Двери восприятия» Олдоса Хаксли, «Дзэн и искусство ухода за мотоциклом» Роберта Пёрсига и «Тарантул» Боба Дилана.

После наши контакты стали редкими, а потом и вовсе прекратились. В начале 90-х я наткнулся в одном из новоарбатских ларьков на маленькую книжечку «Тарантула» и порадовался за приятеля...

Сегодня Максим, проживающий все там же, во Владике, -- держатель единственного в своем роде интернет-сайта «Лавка Языков», посвященного переводам поэзии, прозы и публицистики с разных языков. С кем, как не с ним, поговорить о литературе во всемирной Сети?

Обычно пути в литературу начинают с собственного творчества. Ты же выбрал переводы...

Да, первый английский текст я перевел в восьмом классе -- это были слова песни группы «Рэйнбоу». Я тогда всерьез думал, что круче эквилинеарного (чтобы петь можно было) перевода рок-текстов не может быть ничего... Первым куском прозы стал роман Боба Дилана «Тарантул» -- во время 20-дневной экспедиции к берегам Новой Зеландии, когда делать было совершенно нечего. Потом понеслось...

...Во-первых, мне всегда хотелось читать книжки. Больше того -- мне хотелось читать хорошие книжки. Когда я научился это делать, мне стало скучно и захотелось пересказывать их друзьям. А поскольку мне как-то хотелось делиться с друзьями, то я и переводы свои распечатывал на машинке «Любава». Параллельно происходил самиздат (журнал =ДВР= с 1986 по 1991 год), но главным он для меня все-таки не был. То есть, для некоторых т.н. называемая «рок-журналистика» становилась основой жизнедеятельности, и когда рок-сцена начала потихоньку распадаться в 90-91 гг., для многих вовлеченных в нее это стало чуть ли не ударом (я знаю, по меньшей мере 3 случая глубокой депрессии по этому поводу -- и одну сломанную судьбу). Когда стало ясно, что печатать рок-зины не для кого и не о ком, я просто вздохнул с облегчением -- одним затыком меньше -- и сел переводить следующую книгу.

Издательство «Улисс», выпустившее в 1992-м «Тарантула», по сути, осталось издательством одной книги -- поскольку вскоре после этого издания благополучно распалось, но подарило мне дружбу с Юрием Кабанковым. Другое владивостокское издательство, в создании которого я участвовал, -- «Уссури», -- осталось жить как совершенно индустриальное предприятие, но без тех людей, которые его сделали.

...Фактически, за эти 20 лет у меня вышло полторы книжки на русском (о половинке говорить не хочется, это был такой детур в коммерческий перевод, за который я получил огромную сумму в 560 рублей -- то есть, «ткань не прижилась»), не считая полутора десятков переведенных на английский и нескольких публикаций в толстой литературной периодике. То есть, наверное, я один из самых непечатных переводчиков.

А как создавался твой сайт?

Сайт я придумал летом 1996 года, когда стало окончательно ясно, что издателей искать бесполезно -- они, как известно, книг сами не читают не только в России, -- а на полиграфический самиздат (vanity publishing) денег у меня не было. Довольно случайные люди познакомили меня с Евгением Никитенко, я предложил ему создать некое литературное пространство. Он, по-моему, с тех пор неоднократно об этом пожалел, но обратной дороги уже нет.

Первоначально-то идея была сделать себе просто «домашнюю страницу» -- но примерно через 20 минут я понял, что это тоже скучно. Сайт я особо нигде не рекламировал, как не делаю этого и сейчас -- просто, видимо, несколько более организованный хаос склонен притягивать к себе несколько менее организованный хаос, и теперь в проекта участвует где-то около 300 человек со всего мира.

Лирическое отступление о «Лавке Языков» хотел написать сам, но лучше предоставить слово «толстым» журналам. Итак, «Новый мир», №1, 2000: «...задуман как сайт элитарной литературы, в частности переводной, и, похоже, выдерживает заявленный уровень». «Иностранная литература», №10, 1999: «...в "Лавке..." можно найти немало действительно интересного -- в первую очередь это касается современной поэзии на основных европейских языках, от Кэрол Руменс до Эрнста Яндля, а также титанов середины века: Каммингса, Целана, Одена (работу Сергея Бойченко с Каммингсом стоило бы отметить особо).»

Добавлю лишь несколько имен писателей, чьи произведения можно безвозмездно скачивать с «Лавки» -- Чарлз Буковски, Уильям Берроуз, Джек Керуак, Тимоти Лири, Харуки Мураками, Ивлин Во, Маргерит Юрсенар, Януш Корчак, Михаэль Энде, Хантер С.Томпсон... Уточню: речь идет о новых, оригинальных переводах, а не о известных по книжным изданиям.

Существует ли авторское право в Сети? Иначе говоря, как относятся друг к другу Сеть и копирайт?

Сеть де-факто саморегулируется на основе копилефта. Это честно, я считаю. В сети нечестно только препятствовать доступу к информации (паролями, подписками), а если копилефт соблюдается (то есть, сохраняются целостность и авторство текста и -- при републикации -- указывается первоисточник), но все остальное -- правильно.

Тогда расскажи о литературных (не толъко переводных) сайтах в Сети.

А переводных-то, собственно, и нет почти. Есть замечательные публикации, где присутствуют переводы, но в небольших количествах. Есть несколько неплохих авторских сайтов, есть несколько плохих.

О литературных же вообще можно говорить либо долго, либо не говорить вообще. У меня, к сожалению, очень мало времени внимательно отслеживать ситуацию в литературной сети, поэтому я могу, конечно, повторить какие-то расхожие формулировки, но лучше этого не делать.

Мне литературная часть русского интернета представляется самой интересной его частью -- поскольку я просто мало чем другим интересуюсь. Я убежден, что подлинный литературный процесс сейчас происходит преимущественно в сети -- это самый удобный механизм взаимодействия автора и читателя. Толстые журналы сейчас все-таки существуют в большей степени маргинально и служат своеобразными литературными заказниками -- если туда и забредает молодая и здоровая живность, то от безысходности и голода. Можно, наверное, и через них сейчас войти в «большую литературу» (хотя фиг знает, что это, на самом деле, такое), но народу легче, как представляется, срезать путь: обкатать новую работу в сети и сразу публиковаться в издательстве. Если раньше толстые журналы служили оплотом высокопрофессионального советского редакторства и могли быть полезны авторам хоть этим, то сейчас мне вообще непонятно, кем там засижены места -- если судить по качеству генерируемых ими текстов.

А так называемая «сетевая» литература: что это такое?

Ее не существует. То есть, литература либо есть, либо ее нет. Сеть -- это просто среда и механизм распространения и взаимоджействия. Для слегка полоумной группы «физиков» (программистов, математиков и прочей технической интеллигенции), которая по умолчанию в сети доминирует, видимо, было бы выгодно считать, что «сетевая литература» -- это нечто особенное: то есть, доступное их пониманию. Но для таких людей и Пелевин -- Кришна.

Вообще, конечно, поток серости в сети заметнее, поскольку все прозрачнее и доступнее. Если раньше мне только владивостокских графоманов хватало с головой, то теперь на меня (или на кого угодно) может вывалить свои творения опять же кто угодно. Но не думаю, чтобы плохой литературы в сети было больше, чем в «реальной жизни» -- повторяю, она просто заметнее и доступнее. Не думаю, чтобы это была катастрофа, как это хотят представить некоторые пуристы и ревнители.

Есть масса превосходных работ, впервые опубликованных именно в сети и -- худо-бедно, но -- работают механизмы по улучшению качества этой литературы: литературные конкурсы. В сетевых изданиях есть несколько хороших редакторов. То есть -- все по-взрослому, только живее, быстрее и доступнее.

...Не знаю, но мне, например, приятно: когда ругают дальневосточных «больших писателей» -- членов еще советских Союзов, которые сейчас превратились в кучку вечно пьяных скандальных идиотов (полуграмотными, положим, они были всегда), то говорят, что «вся живая литература сейчас ушла в интернет». Я считаю, что это правильно...

Когда я говорил об институте редактуры, я не шутил, на самом деле: у меня есть нескольоко любимых примеров авторов, работами которых 20-30 лет назад зачитывались, а труды последнего времени -- абсолютно безграмотны. Просто потому, что сейчас у них нет редакторов. А про новых -- что можно говорить вообще о качестве текста, если в одном из современных оплотов мировой изящной словесности введена должность «почетного корректора», которую занимают хозяева предприятия...

Каковы, на твой взгляд, нынешние отношения и перспективы отношений литературы в Сети и «баналъных» книжек?

Книжки никогда не были банальными и, надеюсь, не станут. Давай так: взаимоотношения книги-артефакта и банального текстового файла.

Если говорить обо мне, то я до сих пор хочу найти ручной печатный пресс и вынужден пользоваться компьютером только потому, что пресс некуда ставить. То есть -- книги не вымрут. Банально говорить об ощущении книги -- но оно есть и не сравнится с ощущением жидкокристаллического монитора.

На самом деле, «Speaking In Tongues / Лавка Языков» с самого начала и было лишь первой ступенью нормального издательского дела. Помимо того, что мне всегда хотелось книжки переводить, мне и делать их еще хотелось. Был период самиздата, как ты знаешь. Потом был долгий период гибернации, когда все распечатывалось на машинке или принтере (гораздо позднее) -- и этим дело заканчивалось. Сайт стал для меня сначала этаким паллиативом -- затем зажил собственной жизнью и, видимо, в ней и останется. А книжки делать хочется до сих пор. Поэтому с осени прошлого года работает реальное издательство «Лавка Языков», которое возглавляет дизайнер Света Бильская. Надеюсь, в этом году порадуем тиражами маленькими, но качественными.

Speaking In Tongues Лавка Языков

Артем Липатов

ВЕРСИЯ ЛИТЕРАТУРЫ Книжная лавка в Интернете и ее хозяин

Speaking In Tongues
Лавка Языков

ВЕРСИЯ ЛИТЕРАТУРЫ
Книжная лавка в Интернете и ее хозяин